Я закатываю глаза. «Чикаго Фэлконс» сейчас главная команда города. Рад за них, конечно, но не мешало бы поделиться каплей успеха с «Кольтс». После стольких лет в составе вечных победителей обмен в клуб-аутсайдер стал не самой приятной переменой.

— Ладно, гений, твоя очередь, — Джаггер вырывает меня из раздумий.

Я поднимаю взгляд: официантка смотрит на меня в упор, ожидая заказа.

— Глазунью из трех яиц, хашбраун, бекон и сосиски, пожалуйста, — протягиваю меню, как только она заканчивает писать.

— Вижу, за диетой ты не следишь, — Джаггер отдает ей карту блюд. — Спасибо, Риз.

Она уходит, а я поудобнее устраиваюсь в ожидании неизбежной нотации. Прихлебываю кофе с таким видом, будто мне глубоко плевать на все, что он собирается выдать.

— Буду краток. Твои показатели, мягко говоря, не блещут.

Я фыркаю.

— Скажи то, чего я еще не слышал.

Он откидывается на спинку стула и барабанит пальцами по столу, вперив в меня пронзительный взгляд. Что ж, я готов играть в «гляделки» сколько угодно. Меня не запугать – даже человеку, который выбивает выгодные сделки.

— В лучшем случае тебе осталось года четыре до пенсии.

Я вскидываю бровь.

— Решил уже списать меня в утиль?

Джаггер поджимает губы. Мой вечно кислый вид его никогда не прельщал, но много лет назад сам пришел. Он хотел работать со мной и за эти годы извлек немалую выгоду из нашего сотрудничества.

— Засунь на время гордость куда подальше. Моя работа – помочь тебе заработать как можно больше, пока занимаешься любимым делом. И теперь, когда финал карьеры замаячил на горизонте, я чувствую ответственность за твое будущее.

— Оу... как это мило с твоей стороны, «папочка».

Он одаривает меня тем самым взглядом «хорош-паясничать», который я изучил досконально. Я отворачиваюсь, пытаясь напомнить себе, что он просто желает добра, а не судит. Он не настоящий мой отец, вечно читающий мораль о профессиональной этике или о той подаче в седьмом иннинге, из-за которой мы слили игру.

— Прости, — бормочу я.

Он качает головой с тем самым отцовским укором, вот только в его глазах все еще светится теплота – то, чего я никогда не встречал во взгляде родного отца.

— Тебе нужен рекламный контракт, Фостер. По-настоящему крупный контракт.

Я открываю рот, чтобы возразить, но он продолжает.

— Не знаю, как ты распоряжаешься деньгами. Раньше подписывал отличные контракты. Понятно, последний оказался не совсем тем, на что ты рассчитывал, но он помог убраться из Сиэтла, а это было главной целью. Руководство «Чикаго» хотело именно тебя. Вегу выставили с поста менеджера, ведь он и слышать не желал о твоем переходе в «Кольтс». Так что ты все еще востребован, а в бизнесе только это и имеет значение. Но придет время, когда спрос упадет. Тебе это не понравится, и моя работа – сделать так, чтобы ты не пошел по миру, пока будешь упиваться жалостью к себе. Чтобы мог содержать жену и детей.

Я усмехаюсь.

— Ах да, я и забыл: ты же у нас слишком крут для семьи, верно?

— Некоторым просто не дано быть мужьями, а уж отцами – и подавно.

Он вздыхает и долго сверлит меня взглядом, после чего снова качает головой.

— Я уже говорил это и повторю снова: возьмись за ум.

Я хмурюсь.

— Я взялся, — Джаггер испепеляет меня взглядом. — На поле держу себя в руках.

— Давай на чистоту: это все «эффект Хейса».

Я отвожу взгляд, потому что в чем-то он прав. Присутствие Хейса на позиции кэтчера и наша совместная работа действительно меня приструнили. И это чертовски скверно вяжется со жгучим желанием разложить его сестру на первой попавшейся поверхности и всадить ей по самые помидоры.

— И все же. Закидоны за пределами поля...

— В прошлом году вы с братом устроили махач у стадиона «Уэббер-филд».

Я вздыхаю.

— Если это имеет значение, он первый полез.

Джаггер поднимает руку, призывая к молчанию.

— У тебя не было рекламных контрактов с первого сезона в лиге. Давай сделаем так, чтобы в этом году они появились. Будь командным игроком, не срывайся и следи, чтобы дерьмо не всплывало наружу. Терпеть не можешь Деккера? Мне плевать, — он хмыкает. — Вообще-то нет, но это обсудим в другой раз.

Я понимаю, что Джаггер прав. С деньгами я обращаюсь нормально, но сейчас в бюджете образовалась приличная брешь. Мне всегда хотелось рекламных сделок. Некоторые парни гребут на них деньги лопатой, причем выплаты продолжаются и после того, как они вешают бутсы на гвоздь. Будем честны: помимо умения мастерски кидать фастбол и слайдер, особых талантов у меня нет.

Я протяжно выдыхаю.

— Говори, что требуется.