— О боже. Ну, хорошо хоть это был не Линк.

— Ага. Он-то хотя бы стучится. Но Монро, о господи, она считает, что все в этом доме принадлежит ей.

— Ну, ей шесть, — замечает Келли.

— Я оставлю тебя посидеть с ними на недельку, и вот тогда поймешь, — яростно протыкаю вилкой салат, жалея, что это не что-то другое, например, пара роллов.

— Ладно, — говорит Келли. — Значит, Монро у нас теперь маленькая вуайеристка. Что еще?

— А еще Линкольн... Твой брат заходил на днях, знаешь же. Кстати, спасибо, что напрягла его помогать, — немного злюсь, что она спихнула все на брата, но, с другой стороны, он так выручил, что даже не могу сердиться.

— Ой, да ладно. Я знаю, что Хейс не вписывается в «Короткий список безопасных парней», но он был рад помочь. Ему все равно нужно чем-то заняться, раз уж приходится вести себя паинькой. С парнями тусоваться нельзя. В баре победу не отпразднуешь.

Она не в себе. И даже не подозревает, что играет с огнем каждый раз, когда просит его помочь. Потому что каждый раз, когда наши взгляды встречаются или его рука задевает мою, медленно тлеющая искра, которую я пытаюсь игнорировать, вспыхивает с новой силой. И на долю секунды представляю, каково это – поддаться желанию хотя бы на одну ночь. Одну ночь, когда он поможет забыть обо всех обязанностях и проблемах.

— Спасибо, что напомнила добавить в «Короткий список безопасных парней» пункт «готов стать отцом», — пытаюсь увести разговор от Хейса.

Уж лучше послушаю ее тираду о списке качеств, необходимых мужчине, чтобы я была уверена: он не причинит боли и не разочарует. Келли считает этот список смехотворным, и, возможно, так оно и есть, но я люблю списки, к тому же это напоминание о том, что мужчины, которые не соответствуют требованиям, в конце концов разобьют мне сердце.

— Боже, ты и список, — я прямо-таки слышу, как она закатывает глаза. — Ты занимаешь Хейса делом – считай, что это ты ему помогаешь, — обычно отвлекающие маневры работают на Келли лучше.

— Я ему не помогаю, уж поверь. Линкольн попросил Хейса стать тренером любительской команды по бейсболу.

Келли смеется, но потом резко замолкает.

— Это же идеально! Да, сто процентов. Он должен согласиться.

Как бы хотелось жить с ее слепым оптимизмом. Куда, по ее мнению, брат должен впихнуть это в расписание?

— Нет, не должен! Он профессиональный бейсболист, который играет сто шестьдесят два матча в год. Хейс бывает дома... ну, дней семь за месяц? А потом снова уезжает – у него даже полноценного выходного нет. День на переезд, а на следующий он уже на поле. У него нет времени тренировать кучку девятилеток.

— Хм. Кто-то, смотрю, следит за расписанием брата.

Я кряхчу, и парочка за соседним столиком бросает на меня взгляд.

— Прекрати. Все знают, что жизнь профессионального бейсболиста не сахар.

— Ну не знаю, — говорит она. — Думаю, ему бы понравилось.

— По-твоему, я должна позволять ему все. И хватит звать Хейса, ясно? И так достаточно того, что он устроил в пятницу, уже... одно цепляется за другое, как снежный ком.

— А что я пропустила? — спрашивает она нараспев, и я опускаю голову. Как глупо с моей стороны было проболтаться.

— Когда он помогал в тот вечер, и ты слышала крики на заднем фоне... с которыми, между прочим, я бы и сама справилась.

— Верю, верю, — говорит она со смехом, ясно давая понять, что не верит. И тут Келли, пожалуй, права.

— Я бы разобралась. Ну да, поплакала бы хорошенько, когда они уснули, но пережила.

По крайней мере, рыдания после отбоя пока прекратились.

— Ну, если ты...

Я перебиваю ее.

— Я начала рассказывать Монро про Национальные дни. Доложить, что я успела сделать за эту неделю? Хейс, кстати, подкинул отличную идею – купить космическое мороженое на День космоса. Я заказала сублимированное. Спасибо богу за интернет-магазины. И как мы жили до появления доставки?

Она смеется.

— Потом был День братьев и сестер. Тут все просто: сводила их на мороженое. Всемирный день смеха? Купила сборник анекдотов, и мы весь вечер травили шутки. С Днем апельсинового сока я разобралась еще в семь утра. Появилось ощущение, будто я выиграла в лотерею: целый день без груза на плечах. Но, конечно же, когда он пришел, Монро заговорила про День маникюра.

— Боюсь, это ему не по зубам.

— Вот именно, а мне на работу. Потом Лейк захотела пойти на день рождения, но я планировала, что ногти накрасит Лейк, потому что так было бы проще всего. В смысле, люди реально водят шестилеток в салоны красоты? — тараторю на одном дыхании, давно забыв про салат. — Так что да, Лейк собиралась все сделать, потому что Монро смотрит на нее снизу вверх – точно так же, как я все эти годы равнялась на Скай.

Я делаю паузу, понимая, что меня понесло. Но Келли – единственный человек, которому могу рассказать все... ну... за исключением всего, что касается ее брата.