— Дарья Николаевна, у меня к вам серьёзный разговор.

— Давно вы здесь? — я поинтересовалась, потому что уже почти стемнело, а это значит, что я провела в каланче целый день.

— Скажем так: я вчера заехал к вам домой, тётушка сообщила, что вы решили пойти к источнику. Я пришёл сюда — и с тех пор здесь.

«Ого, — изумлённо подумала я, — два дня!» И похолодела: «Мне же в Горенки!»

— Какой сегодня день?

— Пятница, — ответил Алабин и я успокоилась.

«В гости завтра»

А вслух сказала:

— Значит у вас действительно что-то важное, раз вы здесь почти сутки сидите, — сказала я.

На душе стало неспокойно. В последнее время все важные новости были такими, что лучше бы их не было.

Мы с Алабиным присели на лавку.

— Слушаю вас, Игнат Иванович.

— Ситуация такая. Я знаю, что вы решили заняться фабрикой, которую выкупил Алексей Константинович. Но для того, чтобы запустить производство артефактов, нужно получить одобрение государя.

— Это правда, Игнат Иванович. Но не пойму, к чему вы ведёте.

— Я хотел бы предложить вам партнёрство.

Я промолчала несколько секунд, чтобы сопоставить Алабина и партнёрство.

После паузы выдохнула и спросила:

— Игнат Иванович, вы знаете, что самое главное для успешного партнёрства?

— Капиталы?

—Нет, — покачала я головой.

—Умение развивать дело?

—Тоже нет, — здесь я даже усмехнулась.

—Тогда что, Дарья Николаевна, — в голосе Алабина появилось раздражение, — стар я уже в загадки играть.

— Доверие, — сказала я. — Без доверия партнёрства не бывает, Игнат Иванович. А доверия у нас с вами нет.

— Зато я могу вам помочь получить одобрение Императора.

— Спасибо, конечно, Игнат Иванович, но я сама попробую.

— Если вы рассчитываете встретить его на вечере у Разумовской, — сказал Алабин, — то это вряд ли. Разумовская давно списана со счетов. В мыслях Императора царит совсем другая женщина.

Простите, мои дорогие!

Пожертвовала графиком этой книги немного. Исправляюсь!

Вот, скопилось немного промо, может кому пригодится.

Жена Северного князя

d8KKclSX

e8Ezz3VD

Глава 14

Вопреки мрачным прогнозам Игната Ивановича Алабина, в подмосковном имении Разумовской уже при подъезде было видно, что вечер удался. Всё пространство перед въездом в усадьбу было освещено, в ворота тянулась вереница карет, между которыми сновали лакеи в разноцветных ливреях.

Мария Григорьевна Разумовская явно хорошо постаралась, чтобы многие заинтересовались этим вечером и решили приехать. Может быть, многие, как и я, были заинтересованы встретиться с графом Калиостро.

Нам даже пришлось немного постоять в очереди, прежде чем мы подъехали ко входу.

Горенки оказались совсем не такими, какими я их себе представила, по подслушанному мной рассказу графини. Я-то их себе представила небольшим уютным особняком, а на самом деле, это было величественное двухэтажное здание с шестиколонным портиком и двумя боковыми флигелями — настоящий дворец.

На территории усадьбы был парк, который тоже был хорошо освещён, а ещё там протекала речка, и к ней от самого здания вела дорожка, оканчивавшаяся ступенями, уходящими прямо в воду.

Ветерок доносил вечерние ароматы из парка, и сразу захотелось пойти именно туда, а не в здание дворца.

Анастасия Филипповна тоже вдохнула воздух и восторженно произнесла:

— Магнолии. Здесь под самой Москвой, магнолии. Всё же геосы умеют так поработать с землёй, что даже самые необычные растения начинают цвести там, где не должны.

А потом лицо её снова стало грустным, и она уже тише добавила:

— Я бы хотела родиться геосом.

Я её обняла:

— Всё будет хорошо! И магия наша самая лучшая!

Тётушка вздохнула и улыбнулась:

— Ладно, девочки, сегодня у вас праздник.

Ещё по дороге тётушка, оглядев нас с Машей, растроганно произнесла:

— Вот и я дожила до такого момента — везу двух прекрасных девушек на их первый бал.

— Ну, это всё же не совсем бал, — возразила тогда я, хотя, если не придираться к определениям, для нас он действительно был первым.

И что удивительно, волнение испытывала не только Маша, но и я. Пусть и по разным причинам. Маша почему-то была уверена, что встретит там кого-нибудь из знакомых, и это непременно будет волнительно. А мне было волнительно потому, что я одновременно хотела и боялась увидеть императора. И очень не хотелось снова столкнуться с тем, что Александр не держит собственного слова.

Поднявшись по лестнице, мы попали в холл. От входа открывался вид на широкую мраморную лестницу, у подножия которой стояла графиня Мария Разумовская вместе с братом. Увидев меня, Мария Григорьевна искренне улыбнулась.

— Дарья Николаевна, очень-очень рада, что вы смогли приехать на мой скромный праздник.