— Анастасия Филипповна, ни он, ни я, мы не знаем, — ответила я, и добавила, — но обязательно выясним.

Тётку обманывать не хотелось. Но повторять ей то, что Алексей мне сказал — что его шантажируют из-за императорской крови — я не стала. Дело опасное. Сразу начали вспоминаться яркие моменты истории: железная маска, несчастный Иван Антонович — узник Шлиссельбургской крепости. Анна Иоанновна назначила его наследником в младенческом возрасте, и ведь «добрые» какие не убили мальчика, а продержали в крепости всю жизнь.

Так что нет. Тётке об этом знать не стоит.

А вот ситуация с нашим домом была неприятной. Но несмотря на это, на вечер к графине Разумовской я всё равно собиралась пойти. Может быть, я зря ждала от этого вечера чего-то важного, всё же вечер будет в Горенках, не в столице. Но в любом случае, может, какую-нибудь информацию получу, да и знакомства не помешают. Я всё же надеялась получить разрешение на запуск производства артефактов.

Вот только надо было озадачиться нарядом. Я подумала, что, если ничего не найду, то отправлюсь в гимназическом платье.

В гимназическом платье отправляться мне не пришлось.

Оказалось, что буквально перед моим выходом из пансиона Алексей запрашивал мои размеры и заказал платья в специальном магическом ателье. Так что платьев у меня было целых три штуки, одно самое красивое для Императорского бала.

Я вздохнула: «Значит брат рассчитывал, что он у меня будет».

И два чуть попроще, как раз для таких вот домашних вечеров, на которые меня и пригласила графиня Разумовская.

Единственная сложность состояла в том, что являться в аристократические дома надо было с сопровождением. Решили идти втроём: я, Маша и тётушка.

Помимо хлопот о достойном виде на вечере, мы занимались переездом. Адвокат подтвердил, что по Балахнинскому имению вопросов нет, вернее, он запросил дополнительные документы, но ничего тревожного не пришло. Поэтому какое-то время можно было спокойно пожить там.

Имение Балахниных было, конечно, не таким удобным, как наш дом. А дом всеми силами давал понять, что обижается на то, что мы уезжаем. Я никак не могла ему объяснить, что не можем остаться. Посыл был такой: «Зачем разбудили, если собираетесь бросать?»

* * *

Перед вечером у Разумовской я вдруг отчётливо поняла, что мне нужно в каланчу. Тянуло туда страшно. Правда, я уже была не маленькой девочкой, которая не могла сдерживаться, когда слышала этот зов. Сейчас я была взрослой, и вполне могла зов проигнорировать, но не хотела.

И, предупредив тётку, чтобы не волновалась, если там застряну, я поехала к каланче.

Стоило приложить руку к двери, и она гостеприимно распахнулась.

Как же я скучала по этой атмосфере, насыщенной силой, когда кажется, что ты можешь всё. Я прошла наверх, туда, где был источник. Каска так и лежала на кресле. Я взяла её в руки, она ничуть не изменилась, была такой же блестящей. Надела и закрыла глаза.

В этом состоянии я могла оказаться где угодно, и меня бы никто не увидел. Сначала я хотела посмотреть, что изменилось, может быть найти графа Давыдова, посмотреть, где император, потому что если бы он вдруг оказался во дворце, я бы прямо сейчас пошла к нему на встречу.

Что удивительно, в астральном поле, используя способность перемещаться по нитям магии, я увидела сразу многое. Давыдов был в Санкт-Петербурге. Колокольцева Татьяна Васильевна ехала в сторону Москвы. Это хорошо, значит мы смоем с ней по артефакту посовещаться.

Попыталась рассмотреть императора. И не увидела. Один круг, второй, третий. Пора было возвращаться, но беда, я не видела Александра вообще. Я даже испугалась. Постаралась найти его отца, бывшего императора, и с облегчением поняла, что он совершенно спокоен.

Если бы с Александром что-то случилось, отец бы переживал.

Прикрыла глаза, ожидая, когда источник войдёт со мной в контакт.

«Ты выросла», — послышалось мне.

Я попыталась узнать, что же произошло с императором, если, конечно, что-то произошло. Источник ничего мне об этом не сказал. Единственное, что он сделал — это показал маленькое светящееся пятно.

«Кто это?» — спросила я.

В ответ прозвучало: «Пожарский. Ещё один. Найди его».

Но откуда? Я была так потрясена, что больше ни о чём не могла думать. А вдруг это отец Даши? Или брат? Вдруг кто-то выжил?

Точка светилась далеко от столицы, без портального перехода точно быстро не добраться. Перед глазами возникла карта. Точка был где-то в районе Енисейской губернии.

«Кто он такой?» — попыталась я ещё раз спросить, но источник молчал.

* * *

Каково же было моё удивление, когда я вышла из каланчи, и увидела там Игната Ивановича Алабина.

— Позвольте спросить, господин ледовей, а что это вы здесь делаете?

— А если я вам скажу, что пришёл пригласить вас на свидание, вы же не поверите?

— Нет. А вы меня правда хотите пригласить на свидание?

Алабин вздохнул.