Отворачиваясь, я смотрю на стену, пока мысли проносятся в моей голове, крутясь и перестраиваясь, пока не обретают смысл. — Недостаточно иметь Воронов на моей стороне. Если они вообще на моей, после Антона и Николо. Я не совсем… присутствовала. Мне нужно знать, кто из старых знакомых в кармане у Маттео и на кого я могу положиться.

Я чувствую Дома позади себя, холодного и расчетливого, пока он обдумывает мои слова. — И как ты хочешь это сыграть?

Моя улыбка мрачна. — Именно так как они и предполагали.

Но сначала мне нужно встретиться лицом к лицу со своим отцом.

Катарина

Группа мужчин, слоняющихся снаружи с громкими голосами и сигаретами в руках, поворачивается, чтобы посмотреть, как я подъезжаю к дому моего отца, разговор обрывается.

К моему гребаному дому. Когда-то.

Напоминание об этом конкретном факте никогда не повредит.

Я захлопываю дверцу. Оставляю ключи в замке зажигания.

— Добрый день, джентльмены. Тронете мою машину, — решительно говорю я, проходя мимо них с подарочной корзиной в руке, — и я отрежу вам пальцы.

Я не дожидаюсь ответа и толкаю дверь. Фернандес бросается ко мне через фойе, его лицо бледное. Как обычно, безупречен в своем опрятном черном костюме, но в нем чувствуется нервозность, от которой у меня сжимаются зубы, когда я заставляю себя остановиться.

У меня сегодня нет терпения выслушивать приветствия. — Полагаю, он в своем кабинете?

— Боюсь, он на совещании, мисс Катарина, — извиняющимся тоном говорит Фернандес. Он разводит руками. — Могу я предложить Вам что-нибудь перекусить, пока Вы ждете?

Поджав губы, я бросаю взгляд в сторону арки, ведущей в офис. — Встреча с кем?

Фернандес бледнеет еще больше. — С… с господином Маттео.

Господин Маттео. Иисус.

Я заставляю себя улыбнуться. — Тогда семейное мероприятие. Уверена, они не будут возражать, если я присоединюсь к ним.

Явная паника, отразившаяся на его лице, могла бы показаться забавной в любое другое время. — Я не уверен...

Я поднимаю руку, прерывая его и стараясь говорить тихо в пустой комнате, помня о мужчинах снаружи. — Жаль, что я не видела тебя, когда вошла, Фернандес. Насколько я помню, я зашла через черный ход.

Он моргает. Раз. Два. Его голова поворачивается, чтобы посмотреть на коридор, ведущий в кабинет моего отца. А потом он поворачивается ко мне, оценивая выражение моего лица.

Я пойду туда. Фернандес знает это. Я чертовски уверена в этом. Он может принять оправдание, которое я ему даю, или нет.

Он должен помнить, кто однажды будет платить ему зарплату, или нет.

Но его голова качается вверх-вниз. И остается опущенной. — Конечно.

Уголки рта приподнимаются, я киваю головой в знак согласия. — Отлично.

Я не дожидаюсь, пока он исчезнет, прежде чем удалиться. Роскошная подарочная корзина покачивается у меня в руке, когда я подхожу к двери моего отца.

На этот раз я не стучу. Не задерживаюсь, не позволяю ни малейшему намеку на нервозность проявиться, когда я толкаю дверь и захожу внутрь.

Мой отец и Маттео оборачиваются, дискуссия обрывается на полуслове. Брови моего отца приподнимаются, когда он замечает меня, его голос ледяной. — Катарина.

Я фыркаю. — Не самое теплое приветствие, papa.

Подойдя к столу, я ставлю подарочную корзину прямо между отцом и Маттео. — Подарок на помолвку, для тебя и Эми.

А потом я смотрю вниз, туда, где Маттео сердито смотрит на меня с зеленого кресла Честерфилд. Моя улыбка сладкая, как сахар. — Ты не предложишь мне присесть, cugino?

Лицо Маттео краснеет, когда он оглядывает комнату. Я чувствую, как мой отец откидывается назад, с интересом наблюдая за нами. — Здесь нет других стульев.

— Нет, — говорю я, мой голос звучит немного резче. — Их нет. Вставай.

Он на мгновение задерживает на мне взгляд, прежде чем вскочить на ноги. Деревянное кресло скрипит, когда отодвигается назад. — Ты прерываешь совещание.

— Правда? — Я опускаюсь на пустое кресло, откидываюсь на спинку и скрещиваю ноги. Я полностью игнорирую Маттео. — Мои извинения, papa. Мне нездоровилось, и я обнаружила, что мне не терпится навестить тебя, поскольку я была вынуждена пораньше уйти с вечеринки по случаю твоей помолвки.

Маттео издает недвусмысленный насмешливый звук, но я не отрываю взгляд от отца. Его губы слегка изгибаются, в глазах появляется веселье. — Мы поговорим позже, Маттео.

Маттео рядом со мной замирает. Подняв глаза, я слегка машу ему рукой. — Мы должны скоро наверстать упущенное, кузен. Я слышала, у тебя были довольно интересные дискуссии с некоторыми из моих людей.

Наши взгляды встречаются.

Да, ты гребаный мудак. Я вижу тебя.

Я никогда не забуду, что он предложил Доменико.

Я хочу, чтобы он что-нибудь сказал, дал мне повод усмирить его. Но он только дергает головой, поворачивается и выбегает из комнаты.

Мой отец вздыхает. — Эта маленькая ссора была необходима? Возможно, это забавно, но вряд ли обязательно. Ты Корво, Катарина. Вы оба. Маттео — ценный актив.