— Я пока не уверена. Это похоронено под другим разделом, но оно не так сильно зашифровано, как остальные. — Её пальцы двигаются быстрее. — Если я смогу пройти через этот слой… — Она замолкает, её рука замирает над клавиатурой.

Перемена мгновенна.

— Что? — спрашиваю я, уже наполовину встав с места, не осознавая этого.

Адела не отвечает сразу. Её глаза сканируют экран, острые и сосредоточенные. Затем, тихо, почти с неверием: — Я вошла.

Внезапная тяжесть поднимается с моей груди.

Майк выпрямляется. — Во что?

— В систему Алексея. Нико работает над системой Нолана. Но я в подпапке. Она связана с основным архивом, просто… не так защищена. — Её голос слегка напрягается, проблеск надежды пробивается сквозь её старания оставаться сдержанной. — Там есть метки времени. Организованные файлы…

Нико наклоняется ближе, его внимание обостряется. — Открой.

Адела колеблется кратчайшее мгновение, будто понимает, что именно может обнаружить. Затем она нажимает. Экран меняется, и ряды файлов заполняют папку, аккуратные и структурированные. Они помечены датами, временем и именами.

— Джуд, — шепчу я, слово едва выходит из горла.

Все внезапно оказываются за Аделой и Нико, глядя на экран. Единственное исключение — Адриана, которая продолжает смотреть в стеклянные двери, как призрак, преследующий домик.

Адела медленно прокручивает, её выражение становится напряжённее по мере того, как осознание того, на что она смотрит, оседает. — Они сегментированы, — говорит она под нос. — Возможно, разные сеансы.

Голос Рэйфа прорезает напряжённую тишину. — Можешь открыть один?

Она двигает рукой, курсор зависает на мгновение, прежде чем она нажимает. Сначала ничего не происходит. Затем загружается изображение. Оно зернистое и тёмное, но объект ясен как день. Джуд, в цепях, в крови.

Воздух выходит из моих лёгких рывком.

Его голова слегка опущена, волосы падают вперёд, тело напряжено, будто он готовится к чему-то, что ещё не произошло. Или что уже произошло…

Тихий, сломанный звук доносится откуда-то справа. Кажется, это Хизер, но я не могу отвести взгляд достаточно долго, чтобы быть уверенной. Я наклоняюсь вперёд, моё тело тянется к экрану, к нему.

Адела прокручивает снова, и другое изображение заменяет первое. Та же комната, но другой ракурс.

— Стоп, — тихо говорит Нико, его голос напрягается. — Достаточно.

Но внимание Аделы сместилось. — Там есть метаданные, — быстро говорит она, её тон становится острее от срочности. — Теги, перекрёстные ссылки… если я смогу изолировать это, это может помочь нам отделить его файлы от файлов Алексея.

Надежда вспыхивает снова, и я закусываю губу.

Она нажимает. И всё замирает.

— Адела? — спрашивает Рэйф, уже наклоняясь над её плечом.

— Подожди, — говорит она под нос, её пальцы теперь двигаются быстро. — Нет, нет — просто дайте мне секунду…

Изображение искажается, слегка деформируясь, прежде чем полностью исчезнуть. Экран становится чёрным, и появляется одна строка текста.

ОБНАРУЖЕН НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДОСТУП.

Температура в комнате, кажется, падает сразу. Адела замирает. Под ним появляется другая строка.

ЗАПУСК ВТОРИЧНОГО ШИФРОВАНИЯ.

— Что это значит? — спрашиваю я, мой голос напрягается, несмотря на мои попытки сохранять спокойствие.

Адела молчит, её взгляд прикован к экрану, пока система начинает перестраиваться в реальном времени. Папка реструктурируется, имена файлов перемешиваются, временные метки исчезают, всё сворачивается внутрь, будто перезаписывается быстрее, чем мы можем обработать.

Нико наклоняется ближе. — Что происходит?

Её руки зависают над клавиатурой, больше не двигаясь. — Это реактивно, — тихо говорит она. — Она не просто защищена. Она отвечает.

Экран обновляется. И когда он возвращается, папка всё ещё там, но всё внутри неё изменилось. Они размыты, заперты и запечатаны. Тишина, которая следует, удушающа. Моё тело дрожит, я молюсь, чтобы она не активировала что-то, что мы не сможем отменить.

— Ты можешь вернуть это? — спрашивает Майк.

Адела не отрывает взгляда от экрана. — Я не знаю.

Я смотрю на пустое место, где всего мгновение назад было его лицо, мои мысли пытаются догнать реальность того, что только что произошло.

Мы были близки. Ближе, чем были с самого начала.

И теперь это исчезло.

Лёгкая вибрация привлекает моё внимание вниз, мой телефон загорается в руке. У меня холодеет кровь, когда я вижу, что это сообщение от неизвестного отправителя. И всё же я провожу по экрану.

Там нет текста. Только один видеофайл. А под ним таймер.

01:59:12

Мои пальцы сжимаются вокруг телефона, пульс громко стучит в ушах, когда осознание оседает. — Он знает, — тихо говорю я.

И что бы мы ни затронули… это ответило.

Рэйф смотрит через моё плечо на экран. — Там есть ещё одно вложение. Нажми на него.

— Ты не захочешь, — зовёт Адриана с дивана, её голос ровный. Она даже не утруждает себя тем, чтобы смотреть на нас.

Майк поворачивает мой телефон так, чтобы он и Хизер могли видеть экран.