Она не могла сказать, беспокоился ли он о ее безопасности или о том, что возвращение немецкой дипломатической команды сказало о ходе войны. Поэтому Виви вернулась к обмену информацией, который был более устойчивой почвой, и к тому, что она изначально обещала сделать для него.

‘Возможно, Франко выжидает подходящего момента для Мадрида, ожидая, когда он рухнет сам по себе. И это правда, что воздушные налеты - это уже не та проблема, которая была раньше. Он пообещал, что не будет нападений на Саламанку или посольский район. И он предоставил нам отряд националистической гвардии для нашей защиты.

Она помолчала, прикидывая, сколько именно ей следует ему рассказать. Она прочитала отчеты, которые Ханнес оставил на своем столе в Бургосе, и Карлота заполнила пробелы. Даже принимая во внимание пропаганду, в которой обе стороны становились все более искусными, нельзя было отрицать, что гражданская война приняла еще более жестокий оборот.

Сотни националистов были вызволены из провинциальных тюрем и доставлены в столицу. Сотни из них были казнены в Аточе и в центрах смерти в южных пригородах. Лоялисты тоже были в не меньшей опасности. Рассвет принес с собой не только солнце – он принес еще один урожай их трупов. Они были разбросаны вдоль железнодорожных путей и основных автомагистралей. Жертвы патрулей ночных убийств, которые, как многие подозревали, действовали от имени той группировки, которая платила им больше всего. Закон и порядок были заменены самосудом в Мадриде и на остальной территории непокоренной Испании. Таким образом, Виви знала, что, если она расскажет Эмилио обо всех масштабах приказов Франко, она, по сути, подпишет смертные приговоры двум десяткам человек, и погибнет еще одна группа испанцев.

И если я не скажу ему, и он узнает правду от информатора, он никогда больше не будет доверять ни мне, ни Карлоте.

Она перестала притворяться, что у нее есть выбор. Она рассказала ему всю историю.

‘ Но люди, которых он нам дал, одеты не как его войска – на них знаки отличия лоялистов. И я полагаю, что их роль заключается в том, чтобы проникать в ваши ряды и шпионить за вами не меньше, чем в защите посольства. Карлота знает – это было первое, что я сказал ей, когда она вернулась к нам несколько дней назад, – но я хотел сам поделиться с тобой информацией.

Он позвонил так быстро, что Виви сомневалась, что кто-нибудь из секретной охраны будет на месте или жив до наступления темноты. Когда Эмилио положил трубку, он посмотрел на нее так, словно забыл, что между ними когда-либо было что-то еще, кроме сделок.

- Чему еще ты научился в Бургосе, что могло бы мне пригодиться?

Виви отказывалась видеть его ожесточенное лицо или слышать его ожесточенный тон. Все, что она могла видеть, это серые мешки под его глазами и новые морщины на лбу. Он владел ее сердцем – он мог очень легко разбить его. Она отчаянно хотела сказать ему это; она отчаянно хотела обнять его. Но у него также было гораздо больше жизней, которые нужно было защищать, чем у нее, и если все, чем она могла быть для него, пока бушевала война, было каналом передачи информации, то именно такой она и должна была быть. Она глубоко вздохнула и отбросила свои мечты в сторону.

‘ Что Франко привержен насилию и мести; что он считает себя участником Богом данного крестового похода. Что он устранит любого, кто встанет на пути его видения новой Испании, независимо от того, сколько испанцев это убьет, пока он ее не построит. Что он предпочел бы видеть Мадрид полностью разрушенным, чем оставаться в руках лоялистов. Он ненавидит этот город; он считает его средоточием зла, но он не потеряет здесь свои войска. Он будет продолжать осаду до тех пор, пока не будут перекрыты все дороги и не опустеют все склады, и если его гражданам придется уморить себя голодом, чтобы сдаться, он заставит их умирать с голоду. И у него есть для этого люди и техника".

Она сомневалась, что рассказала Эмилио что-то, чего он уже не знал, но ей было интересно, многие ли из его товарищей-командиров были такими же честными.

Он на мгновение прикрыл глаза, прежде чем ответить. ‘ И немцы будут поддерживать его до конца? Этого не изменишь.

Виви покачала головой. ‘ Нет. Фюрер не оставит никаких перебоев в снабжении, которые могли бы привести Франко к союзу с Великобританией или Францией, а Испания является дымовой завесой для его более широких амбиций. Ханнес говорит, что у Гитлера есть свои планы, что он хочет вернуть земли в Австрии и Чехословакии, которые, по его мнению, по праву принадлежат Германии. И он также хочет однажды разбить Россию, если сможет это сделать. Ненависть к коммунизму является очень прочным связующим звеном – если Гитлер сможет что-либо сделать, чтобы обуздать российские амбиции, в том числе прекратить поставки самолетов лоялистам, как они это делали здесь, Западу будет все равно, каким влиянием он обладает в Испании ".