Я киваю раз. — Ага. Заперли нас в комнате однажды, когда мы ослушались. Без наркотиков. Без воды. Только мы вдвоём и худшая болезнь, которую можно представить. — Моё горло сжимается. — Мы лежали в одной кровати и молились умереть.

Её глаза наполняются слезами.

— Вскоре после этого… мы попытались.

Оба замирают.

— Адриана нашла нас до того, как это сработало. Вызвала скорую. Но… — Мои глаза жгут. — Мы попытались.

Финник выдыхает, будто его ударили. — Господи, Майк.

— Пожалуйста, — мягко говорит Ками. — Если мы можем что-то сделать. У нас есть связи. Мы не бессильны.

— Я дам вам знать, — говорю я. — Обещаю. Но, эй, не говорите об этом никому. Джуд в реальной опасности. Нолан и Адриана пригрозили убить его, если мы предадим это огласке.

Нижняя губа Ками дрожит. — Ты им веришь?

Я колеблюсь. — Честно, я не думаю, что Нолан убил бы Джуда. Или Адриана. Но я верю, что Алексей — да.

— Фамилия Алексея... она у тебя есть? — спрашивает Ками.

— Не впутывай своего отца, Кам, — предупреждает Финник.

Она игнорирует его. — Дай мне имя, если сможешь?

Я вздыхаю. Отец Ками, Леви Фицджеральд, — один из лучших криминальных адвокатов Нью-Йорка. Он представлял некоторых из самых громких и противоречивых имён в новейшей истории. У него есть талант защищать тех, кто выступает против несправедливой системы. Он много работает с активистами.

— Алексей Морозов, — шепчу я, будто ублюдок может меня услышать.

Она кивает. — Пожалуйста, оставайся на связи, хорошо?

— Буду. Простите, ребята. Правда.

Мы завершаем звонок, и экран гаснет. В доме слишком тихо. Не так давно мы все были здесь, пили, смеялись и жили мирной жизнью. Ну, в основном мирной. Я закрываю ноутбук и откидываюсь на подушки дивана. Мой телефон загорается, показывая несколько сообщений от Хизер.

SMS:

Хизер:Я скучаю по тебе, Мика.Пожалуйста, дай мне знать, как прошёл твой видеозвонок. Я составляю компанию Эмме. Кажется, сегодня ей немного лучше.

Неважно. Она снова плачет. Я так ненавижу это.

Да, я тоже ненавижу. Но я улыбаюсь, читая её прозвище для меня. Она дала его мне, когда я сказал, что мой любимый персонаж из фильма — Тимон из «Короля Льва»… который является сурикатом. Мои большие пальцы зависают над экраном, прежде чем я печатаю ответ.

SMS:Я тоже скучаю. Скоро буду. Мне просто нужно убраться и запереть дом. Просто налей ей Jeppson's Malort. Это то, что я всегда пил, чтобы чувствовать себя лучше.

Она отвечает в течение нескольких секунд.

SMS:

Хизер:Фу, Майк. Я люблю, что ты чикагский парень, но эта дрянь отвратительна. Тебе нужно оставить её в прошлом.

Я фыркаю. Я заставил её попробовать «Шампанское боли», так как это в основном обряд посвящения для людей в Чикаго. Можно сказать, что у неё была самая милая гримаса дискомфорта, которую я когда-либо видел.

SMS:Лол, увидимся сегодня вечером.

Ауди гудит подо мной, когда я выезжаю на шоссе, океан исчезает в зеркале заднего вида. Мои руки сжимают руль, прежде чем я осознаю, что делаю. Около двух недель назад я нашёл Джуда с передозировкой на этом самом сиденье.

Моя хватка становится сильнее, костяшки белеют. Я всё ещё вижу это. То, как его грудь почти не двигалась. Как я повторял его имя, будто одного этого было достаточно, чтобы вытащить его обратно. Как я молился грёбаному богу, в которого отказываюсь верить, чтобы он просто проснулся. Это уникальный опыт — осознать, насколько ты отчаянно хочешь вернуть кого-то.

— Не смей, блядь, делать это, — шепчу я сейчас, ни к кому не обращаясь. Но мысли уносятся, прежде чем я успеваю остановиться.

~ Воспоминание ~

Мы в студии в обычный вторник. Джуд швыряет горсть картошки фри через комнату, и они попадают Ками в плечо.

Она ахает, затем фыркает так сильно, что почти вдыхает свой шоколадный молочный коктейль. — Ты мудак!

Финник смеётся за своей гитарой, качая головой, потому что мы все идиоты.

Был двенадцатичасовой день. Нолан расхаживает, пытаясь заставить нас сосредоточиться. Адриана притворяется терпеливой. «Перерыв почти закончился», — сказал Нолан десять минут назад. Мы все закатили глаза, как только он ушёл.

Джуд запихивает остатки бургера в рот, как животное, жир на пальцах, тёмные волосы падают на глаза. Я уже закончил с едой. Две минуты, может быть, меньше.

Ками показывает на меня. — Майк, ты вообще чувствуешь вкус еды? Или просто вдыхаешь её?

Я пожимаю плечами, крутя барабанную палочку между пальцами. — Топливо. Я готов продолжать.

— Ты опасен, — говорит она. — Я понятия не имею, как у тебя, блядь, столько энергии, чувак.

— Я эффективен, любовь моя, — поправляю я.

— И на кокаине, — шутит Джуд, толкая меня плечом, проходя мимо, смеясь под нос. — Но это правда, он старательный бобёр. Он бы глубоко заглотил эту палочку, как чемпион, если бы это означало, что мы запишемся быстрее.