— Насколько мне известно, нет, — сказал мистер Чорли. — Бывали ночёвки у подруг, сами понимаете. Девчачьи дела. Я подумывал отслеживать её телефон, но не хочется же быть навязчивым, верно? После смерти жены мне было довольно сложно найти правильный баланс, чтобы быть и отцом, и матерью одновременно.

Гулид понимающе кивнула.

Мать Кристины погибла три года назад в ДТП на A355 недалеко до развязки с M40, она не справилась с управлением своего «Мерседеса» С-класса и выехала на встречную полосу. Согласно отчёту о происшествии, в крови у неё было в четыре раза больше допустимой нормы алкоголя, но поскольку никто другой не погиб, коронер проявил снисхождение и признал смерть несчастным случаем.

Как вы думаете, стоило?.. — спросил мистер Чорли, — Быть для нее наседкой?

Гулид вздохнула с видом «что тут поделаешь» и сочувственно посмотрела на него.

— У неё когда-нибудь возникали проблемы с телефоном? — спросил я.

Это вызвало у него хмурый взгляд.

— Что вы имеете в виду под проблемами? — уточнил он.

— Она часто теряла или говорила, что разбила телефон? — переформулировал я. — Чаще, чем можно было бы ожидать?

— Вы думаете, она их продавала? — спросил Мартин Чорли. — Ради денег на наркотики?

На самом деле я думал, что она могла уничтожать их силой своей магии, но чувствовал, что говорить об этом было бы нарушением правил Сивелла о тактичности и дипломатии. Кроме того, я наблюдал за реакцией мистера Чорли — искал хоть какой-то намёк на то, что он понимает, почему повреждённые телефоны могут быть важны. Но он был в основном сбит с толку и опечален.

Быть дотошным — это одно, а быть жестоким — совсем другое, поэтому я быстро прошёлся по остальным вопросам. Гулид уловила мой намёк и не стала задавать дополнительных вопросов.

— Удалось что-нибудь полезное узнать? — спросила она, когда мы снова вышли под дождь.

— Не особо, — ответил я.

— Я так и подумала.

Полезно это было или нет, всё равно нужно было оформить отчёт, во-первых, с научной точки зрения отрицательный результат — тоже результат, во-вторых, кто-то умнее тебя может заметить связь, которую ты упустил и в-третьих, случись пересмотр дела — важно хотя бы выглядеть компетентным. Поэтому мы вернулись к нашему общему столу в Белгравии и сделали всё как положено.

— Тебе не кажется странным, что у него только один? — спросила Гулид.

— Один кто?

— Один ребёнок, — пояснила она. — У богатых обычно по трое-четверо.

— Не думаю, что это обязательно, — сказал я и тут же кое-что вспомнил. — Мы ведь ещё не говорили с нянями?

Согласно доске в офисе, Отдел по расследованию убийств опознал пятерых детей с вечеринки, двое остались неопознанными — если мы правильно посчитали. Одного из них — «Род Кроуфиш или как-то так» — констебль Кэри предварительно определил как Родерика Кроуфорда, тоже из Вестминстера и того же года рождения, что и Джеймс Мюррей. Он собирался ехать в Примроуз-Хилл, чтобы опознать его вместе с новым констеблем по имени Фергус Райан.

— Фергус Райан, — повторил я. — Серьёзно? Откуда он?

— Из Редбриджа, кажется.

У троих из этих детей, в отличие от Кристины, были младшие братья или сёстры, а значит, в семьях были няни с проживанием.

— Вот видишь, — сказала Гулид. — Большие семьи.

Все няни уже были вызваны для дачи показаний, но я подумал, что у Кристины Чорли наверняка была няня в детстве, а «слуга всегда знает о хозяине больше, чем хозяин о слуге» — верно сказано, пусть я и не мог вспомнить кем. Найти их, не привлекая внимания мистера Чорли, будет непросто, поэтому я предложил это как дальнейшее действие в своём отчёте в надежде, что Стефанопулос поручит это кому-нибудь другому.

Как только я сдал отчёт в канцелярию, я отправился искать Найтингейла. Я нашёл его внизу, в кабинете Стефанопулос, он читал распечатку, которую кто-то любезно для него подготовил.

— Есть успехи? — спросил он, поднимая взгляд.

— Не особо, — сказал я и вкратце рассказал ему об интервью, своих идеях насчёт бывших нянь и осмотра комнаты Кристины в доме в Хай-Уикоме.

— Я займусь этим, — сказал Найтингейл. — У тебя ведь намечено семейное мероприятие?

— А как насчёт Тайберн? — спросил я.

— Они отпустили Оливию под залог больше часа назад, — ответил Найтингейл. — Она должна вернуться сюда завтра утром. Мне показалось, что Сесилия восприняла это довольно спокойно. Учитывая обстоятельства. Думаю, сегодня ночью нам не грозят катаклизмы на Тайберн.

— Она изменила показания?

— Нет, — сказал Найтингейл. — Она по-прежнему утверждает, что это она предоставила наркотики, которые привели к смерти Кристины. Хотя, честно говоря, я не верю ни единому её слову и, что важнее, Мириам тоже не верит. Не говоря уже о том, что она удивительно туманно описывает, где вообще их достала. — Он кивнул на стол Стефанопулос. — Мириам сказала, что вернётся позже, если тебе понадобится её помощь.