— Сначала я покажу вам место, где произошёл инцидент с моим младшим братом, — говорю, когда мы подходим к главным дверям особняка. Я чувствую себя как песня Katy Perry о резко скачущей температуре, потому что снова возвращаюсь к сомнениям.

Не потому, что демонстрация, которую Черри устроила у себя в кабинете, впечатляет меня меньше, а потому, что она не переставала говорить всю дорогу в машине, пока мы не добрались до особняка. Очевидно, её способности распространяются не только на полезные чтения людей: она долго говорила о зданиях, мимо которых мы проезжали:

— Смотрите! Этому месту больше ста лет. Вот тот самый кирпич, к которому у вас склонность! (Что?) Уф, вон та пара ссорится. Похоже, кто-то переписывался с кем-то, с кем ей не следовало! Видите продавца мороженого? Это его первый рабочий день после медового месяца. Где-то в тропиках, очевидно! О-о! Посмотрите на того кота! Он полидактильный!28 — и теперь я ловлю себя на том, что тоскую по покою и тишине.

Вот только в том, чтобы показывать незнакомке место преступления, полностью изменившего мою жизнь, нет ничего особенно спокойного, так что с этим придётся подождать.

— Инцидент с вашим младшим братом? — спрашивает она, и мне приходится напомнить себе, что, хотя её силы, похоже, охватывают широкий спектр, это не значит, что они сообщают ей абсолютно всё.

Хотя я не могу быть уверен, но я почувствовал что-то, когда наши руки соприкоснулись в её кабинете. Не совсем как сунуть вилку в розетку, но треск определённо был. Полагаю, ей приходится полагаться на судьбы, чтобы те сообщали ей некоторые вещи, и она может сосредоточить это через физический контакт, но в остальном не всегда способна контролировать, что именно видит.

Наверное, я мог бы просто попросить у неё подробное объяснение, но сейчас есть дела поважнее.

— Да, несущая балка едва не раздавила его после того, как детективы ушли. Более того, полагаю, так бы и случилось, если бы его физически не вытащили из этого места прямо перед тем, как она упала.

— Надеюсь, вы, ребята, ещё не убрали балку?

— Нет, бригада, которая должна этим заняться, приедет сегодня после полудня. Полагаю, они будут здесь в течение часа.

— Тогда удачное совпадение. Будет проще, если я смогу считать её напрямую.

А, я об этом не подумал. Я и правда рад, что время сложилось удачно, потому что мне совсем не хочется объяснять Крису и остальным, почему пришлось отложить приезд бригады, которая должна была этим заняться. Почему-то не думаю, что они сочли бы «мне нужно было подождать, пока случайный экстрасенс считает место» веской причиной.

— Значит, нам повезло, — говорю я.

Она смотрит на меня через плечо и подмигивает, её голубой глаз ловит свет.

— Удача — моё второе имя.

— Для оракула это не слишком уж в лоб? — почему говорить с этой довольно эксцентричной женщиной так легко? Может, это проявление её способностей?

— Может, но сначала давайте услышим ваше, прежде чем бросаться камнями.

Я замираю, затем коротко вздыхаю. Сам себя подставил.

— Фенрис29.

— Ха! Чья бы корова мычала. Ладно, дайте мне взглянуть на это место почти-смерти.

Это интересно. В одни моменты лёгкость Черри приподнимает мне настроение, помогает пересечь бурную волну эмоций внутри, но потом, внезапно, кажется совершенно неуместной. Будто она переживает эту ситуацию совсем иначе, чем я, или вообще не понимает всей её тяжести. Как человек, привыкший считывать людей практически мгновенно, я определённо не привык чувствовать себя на такой зыбкой почве.

— Вот здесь, — говорю, ведя её в переходный холл, где упавшая деревянная балка всё ещё занимает большую часть пола. — Всё ровно так, как мы оставили.

— Жаль дорогой виски, — бормочет она, проходя мимо, её взгляд прикован к рухнувшей балке.

— Как⁠…

Верно. Экстрасенс. Мне нужно к этому привыкнуть, иначе я выставлю себя дураком.

Я отступаю назад и наблюдаю, как женщина делает своё дело. И, судя по всему, её «дело» — это смотреть на балку, не моргая.

Судьбы снова ею овладели?

Сложно сказать, поскольку я не знаю эту женщину, но она становится настолько неестественно неподвижной, что это кажется полной противоположностью её обычному состоянию. На самом деле это завораживает. Как волк-перевёртыш, я вырос внутри магического сообщества. Конечно, у меня есть несколько друзей-людей, но в основном я общался с другими перевёртышами, ведьмами, колдунами, криптидами30 и им подобными.

Я ловлю себя на том, что этот экстрасенс одновременно ставит меня в тупик и очаровывает. Её непредсказуемость заставляет меня нервничать, а упорядоченная часть моего мозга предупреждает, что она опасно хаотична, но ещё… мне нравится эта неопределённость. Новизна.

Может, дело в травме. Может, это просто продолжение её силы. Кто я такой, чтобы судить?