И именно тогда я вспоминаю, что он вообще-то волк-перевёртыш. Он не только может не отставать от моего ненасытного поглощения восхитительных морских козявок и жуков, но, скорее всего, способен превзойти меня втрое и даже не почувствовать неприятной тяжести в животе.

О да.

После этого я определённо чувствую себя изысканно и очень сытно, но, к моей огромной благодарности, Пол, похоже, никуда не торопится. Я знаю, что могла бы просто попросить его посидеть немного, пока перевариваю еду, но для меня многое значит, что мне даже не приходится этого делать.

— Так каково это теперь, когда секрет раскрыт?

Я допиваю глоток заказанного вина. Я не самая большая любительница выпить, потому что мне не очень нравится, как алкоголь взаимодействует с моим лекарством, но место настолько модное, что прямо просится медленно потягивать те несколько унций rosé129, с которыми я могу справиться.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что ты больше не притворяешься экстрасенсом-предсказателем и показываешь миру, насколько невероятным может быть эмпат.

Я благодарна своей плотной тональной основе за то, что она скрывает, насколько сильно я краснею. Обычно я умею принимать комплименты с благодарностью и остроумной ответкой, но обычно комплименты исходят от людей, в которых я не влюблена по уши.

— Это интересно, это точно. Я получила несколько писем от бывших клиентов, которые были в ярости из-за того, что я их обманывала, и я просто сразу вернула им деньги, потому что они были правы. А потом было несколько человек, которые написали мне, потому что им было любопытно, как я могла знать столько всего, если я не традиционный экстрасенс.

— Я сам через это прошёл. Когда ты впервые сказала мне правду, я был уверен, что это уловка, потому что ты никак не могла знать всё то, что сказала обо мне при нашей первой встрече, если бы не была экстрасенсом.

Блин, вспоминать тот момент, когда я впервые увидела этого мужчину, почти как вспоминать совершенно другую жизнь. Я сразу отметила, что он красив, тут мне пришлось бы быть слепой, чтобы этого не заметить, но заинтересовала меня та невероятно плотно выложенная кирпичная стена защиты. Безумно думать, что теперь между нами не осталось ни одного кирпича. Он открыт как книга, и я не отношусь к этому легкомысленно. То, что он так сильно мне доверяет, всё ещё заставляет меня хотеть стать лучше, но теперь я чувствую, что действительно нахожусь в процессе.

— Очевидно, теперь я знаю, что у оракулов может быть много разных сил, но тогда мне было сложно уложить это в голове.

— То есть это ещё могло быть потому, что в тот момент за нами гнались кровожадные преступники.

Он усмехается, серебристые нотки веселья танцуют у него над головой и поднимаются сквозь потолок. Мне нравится думать, что тот, кто сядет за этот столик после нас, тоже сможет почувствовать мягкое гудение его смеха.

— Знаешь, это, возможно, тоже сыграло свою роль. Кстати, как там Шёпот? Кажется, она что-то упоминала о том, чтобы поставить на ком-то из нас клеймо?

Теперь уже моя очередь смеяться.

— Нет, это была брендинговая сделка. Оказывается, она давно хочет открыть общественный сад в заброшенной части парка в своих краях, но не могла выйти на нужных людей. Видимо, в её положении это сделать немного сложнее. Так что она связалась со мной, с эмпатом, о котором сейчас все говорят, и хотела узнать, не заинтересована ли я в том, чтобы поставить на это своё лицо, чтобы проект одобрили.

— Дриада хочет общественный сад. Кто бы мог подумать?

К этому моменту мы оба улыбаемся, и это так приятно.

— Она довольно точно соответствует типажу, правда?

— Правда. Я просто рад, что она не стала винить нас за то, что её сожгли. Какое-то время я боялся, что все её разговоры о союзе в тот день сгорели дотла вместе с ней.

— Не-а, она всё равно уже почти полностью исцелилась. Она же не человек, — отвечаю я. — Будь она человеком, всё ещё лежала бы в реанимации.

— Я за это благодарен, — кивает Пол.

Мы ещё немного болтаем, ни о чём слишком серьёзном, и это, наверное, самый обыденный разговор, который у нас когда-либо был. Никаких обсуждений убийств, контрактов на ликвидацию, врагов или чего-то серьёзного. Просто весело.

Это доказывает мне, что связь, которую я чувствую с Полом, не подпитывается только адреналином и интригой. Меня не просто захватило возбуждение от раскрытия дела, как настоящего детектива, и он не ищет какую-то передышку в аду, в который случайно вляпался.

Мы просто Черрибелль и Пол.

И этого достаточно.

Однако в конце концов я понимаю, что мы уже три часа оккупируем столик официантки. Хотя я надеюсь, что в таком ресторане высокого класса она получает достаточно хорошие чаевые и это не станет большой проблемой, я всё же спрашиваю Пола, не стоит ли нам поехать домой. Не хочу, чтобы свидание заканчивалось, но ведь нет правила, запрещающего мне сразу попросить о втором.

Однако, едва вопрос слетает у меня с губ, Пол бросает на меня какой-то озадаченный взгляд.