Агаст встал с кресла и направился ко мне. Сил не было, я забилась в угол кровати, но и это мне не помогло. Сумеречный, как маленького котёнка, подтянул меня за волосы и вонзил клыки. В этот раз действительно было долго, ведь он не торопился. Адская боль на грани безумия — он знал, как сделать больно, чтобы я не смогла отключиться. Он делал это медленно, чтобы я ощущала каждую секунду своей агонии. Но сил у меня было немного, и я чувствовала, как тьма приближается в последний раз. Вдруг клыки моего мучителя разжались, и я увидела, как ярко проступают пятна крови на его рубашке.

— Прощай, «папа», — произнёс Йен. Он здесь? Это правда?

— Йен?

Руки лорда обхватывают меня и прижимают.

— Я рядом, Кассандра. Всё хорошо. У тебя осталось немного сил, но ты выживешь, ты ведь боец.

Йен целует меня.

— Отнеси меня к источнику.

— Нет!

— Прошу, Йен, послушай меня хоть раз! — Мне сложно говорить, я произношу слова на последних силах. — Это важно! Если я умру…

— Не умрёшь.

— Умру, — говорю я и чётко осознаю, что грань мира мёртвых слишком близка. — Отнеси, я должна… Это моя последняя просьба, Йен, пожалуйста.

— Хорошо, — соглашается Йен. Я вижу, как ему больно, и выдавливаю из себя улыбку. Как же я хочу поддержать тебя, любимый, сказать, как люблю тебя, как ты стал мне дорог, как я благодарна, что ты вернулся за мной. Но у меня нет сил ни на что, кроме улыбки.

Лорд подхватывает меня на руки, и я чувствую его дрожь. Он освобождает сокола, выходит в коридор и несёт меня уже в знакомом направлении. Когда мы оказываемся возле источника, лорд помогает мне лечь рядом.

— Я тоже люблю тебя, ты должна знать. Ты — единственная, кого я любил.

Я улыбаюсь. Больно, как же больно прощаться, и ещё больнее от той недосказанности, что осталась между нами.

— Спасибо.

Я протягиваю свою руку к источнику и делаю то, что всегда делает свет, — прогоняю тьму.

Время замирает. Я стою возле источника и вижу своё лежащее тело на руках лорда и потухший источник.

— Добро пожаловать, сестра.

Я поворачиваю голову на звук и вижу девушку с белой кожей, в чёрном платье и с чёрными волосами, а в её руках — серп.

— Кто ты?

— Моё имя — Мара. Смертным я больше известна как богиня смерти.

— Я умерла?

— Нет. Ты переродилась. Поглотив источник, ты обрела силу, равную богам нашего мира. Отныне ты наша сестра.

Я смотрю на Йена, и моё сердце наполняется болью.

— Откинь это всё. Забудь. Отныне у тебя другие заботы.

— А если я не хочу? Я могу вернуться?

— Вернуться?

Мара улыбается, и это выглядит жутко. По богине видно, что её лицо слишком редко видит улыбку.

— Глупое дитя! Зачем возвращаться? Ты завладела могущественной силой, тебя ждёт вечность. Неужели ты променяешь это на жалкие года рядом с мужчиной?

Я смотрю на Йена, с лежащим телом на его руках, и вижу его боль. Эта боль заполняет моё сердце. Глядя в глаза любимому, я понимаю: есть вещи, которые намного дороже вечности.

— Да, променяю.

Богиня смотрит непонимающе, но через несколько секунд принимает моё решение.

— Ты вернёшься человеком. Тебе придётся отдать все силы. Ты согласна?

— Да.

Я всю жизнь прожила человеком, и такая перспектива не пугает меня.

— Тебе придётся вернуть силу в артефакт, — говорит она разочарованно.

— Но почему вы не можете забрать мою силу?

— Я не обладаю потенциалом, чтобы подчинить источник, — произносит скучающе она.

— И тогда проклятье пойдёт дальше?

— Нет, Кассандра, источник уснёт. А вместе с ним уснут драконы. Поверь мне, они давно желают уснуть.

— А те, кто уже проклят? — спрашиваю я.

— Проклятье останется, но источник больше не будет их беспокоить. Они смогут вернуться к обычной жизни.

— Хорошо. Что я должна сделать?

— Положи руку на источник.

Я протянула руку, раздумывая, правильно ли я делаю или нет.

— Мы ещё встретимся с тобой, Кассандра. Когда настанет твоё время, я приду за тобой лично.

Ещё пара секунд — и я прикладываю руку к источнику. Снова ощущать боль и слабость странно, но приятно… Я открываю глаза и встречаю самый любимый взгляд моего лорда, взгляд, полный любви и нежности.

Глава 27

После долгих и страстных поцелуев я рассказала Йену о случившемся со мной. Не знаю, поверил ли мне лорд, но на всякий случай он предложил разрушить это подземелье с источником, чтобы больше ни у кого не было желания его пробуждать. Так мы и сделали. Силы больше не искажались на землях драконов, и лорд с лёгкостью устроил могилу для источника.

Когда мы вышли на улицу из тёмного подземелья, уже был рассвет. Множество сумеречных стояли на улице и наблюдали, как восходит солнце. Они всё ещё были бледны, и было видно, что проклятье с них полностью не спало. Но тьма источника погасла, и они наконец смогли увидеть свет.

Мы с Йеном простояли пару минут, наблюдая, как солнце восходило над землёй. Хотя мне приятнее было видеть улыбки на лицах сумеречных, если их так можно теперь называть.

После рассвета мы запрягли пару лошадей и отправились в Долину плачущих, чтобы встретиться со Строптивцем. Проезжая, мы видели статуи драконов, которые выглядели умиротворёнными. Они наконец получили свою долгожданную свободу.

Кассандра