Я подписываю протокол, затем еще один лист и подписку о невыезде. Поднимаюсь и иду к двери.

— Сафия, — окликает он.

Останавливаюсь. Следователь кладет найденное колье передо мной. Красные камни вспыхивают под лампой, как капли крови.

— Ты понимаешь, что сама себя закапываешь?

— Я говорю правду.

— Упрямством ты делаешь себе только хуже. А ведь все это можно прекратить прямо сейчас, — его голос осторожный.

— Как?

Он откидывается на спинку стула.

— Подумай, кому нужно позвонить.

***

Дорогие читатели! Напоминаю, что у нас литмоб. А это значит, что в ближайших главах я буду знакомить вас с участниками. Надеюсь, вы найдете себе истории по душе. Сегодня история Юлии Пылаевой

Головная люболь офицера

Новенькая стоит посреди кабинета в полной парадной форме и смотрит на меня как на врага.

— Вот, — она вручает мне два мешка с мусором и смахивает со лба испарину. — И донесите там кому следует, что состояние моего кабинета — это позор! Вашего главного нужно уволить к чертям собачьим. Здесь везде бардак!

Слушаю, не перебивая. Мешки беру — не тяжёлые.

Тяжелее будет завтра, когда она поймёт, кому именно сейчас предлагала меня уволить.

— Донесёте сами, — говорю. — Прямо завтра, в девять ноль-ноль, у меня в кабинете.

Разворачиваюсь и выхожу. Пусть дозреет сама, так полезнее для воспитательного эффекта. Уже из коридора, не оборачиваясь, добиваю:

— Майор Медведев. Тот, кто тут заведует бардаком. Добро пожаловать в отдел, капитан.

Глава 11. Иван

— Кому ей нужно позвонить? — спрашиваю я.

Полицейский переводит взгляд на меня. Намек, предназначенный Сафии, приходится объяснять вслух, и это ему явно не нравится.

— Я вас предупреждал не вмешиваться.

— А я не вмешиваюсь. Уточняю. Кому девушка должна позвонить, чтобы все это прекратилось?

Сафия стоит неподвижно.

— Заявление подал дядя, — наконец отвечает капитан. — С родственниками и договаривайтесь.

— То есть подозреваемой предлагается договориться с человеком, который ее обвиняет?

— Не передергивайте.

— Тогда скажите прямо, что вы имели в виду.

Он закрывает папку.

— Беседа окончена. Адвоката найдете с ним и будете спорить.

— Найду, не сомневайтесь, — обещаю я.

Открываю для Сафии дверь, сам выхожу следом. В коридоре нас ждут Тимур и Камиль. Последний отталкивается от стены, едва открывается дверь.

— Закончили?

Камиль смотрит на сестру.

— Поехали домой. Дядя разберется.

— С чем? — спрашивает Сафия.

— С заявлением.

Достаю телефон и включаю запись.

— Повтори. Сафия возвращается и дядя признается, что подбросил колье?

Камиль замечает экран и усмехается.

— Я сказал, что он разберется. Может, вещи найдутся. Может, выяснится, что он ошибся. А будешь дальше бегать — все пойдет своим чередом.

— Это угроза?

— Совет сестре.

— Мне не нужны твои советы, — говорит Сафия.

— Тогда привыкай к обстановке. В тюрьме еще хуже.

Он проходит мимо нас в кабинет. Я смотрю ему вслед и наконец понимаю всю схему. Им не нужно посадить Сафию. Им нужно, чтобы она знала: стоит отойти дальше, чем разрешили, и поводок затянется.

Кража удобнее запертой двери. Снаружи все законно. Только доказать, что поводок надели намеренно, пока нечем.

В машине Сафия садится у окна. Тимур заводит двигатель, я устраиваюсь рядом. Всю дорогу она молчит и держит маленькую сумочку на коленях обеими руками.

— Он не сможет просто забрать заявление, — говорю я. — Если дело уже возбудили, одного его желания мало.

— Значит, даже если вернусь, они могут не остановиться?

— Могут сказать, что деньги нашлись или произошла ошибка. Найдут способ отпустить поводок.

— А потом наденут другой, — тихо отвечает она.

Возразить нечего.

У Бековых нас встречает мать Тимура. Она не задает вопросов, только обнимает Сафию за плечи и уводит на кухню кормить. Сафия сначала отказывается, потом садится за стол и покорно берет чашку.

Ярослав выходит из комнаты с телефоном в руке.

— Вань, я кое-что нашел.

Он включает видео. В кадре вчерашний двор и Сафия, выкладывающая на пол содержимое своей маленькой сумочки. Паспорт, аттестат, футболка, белье, зарядка, кошелек. Участковый пересчитал деньги — восемь тысяч четыреста рублей. Потом сам ощупал подкладку и заглянул во внутренний карман.

Колье нет.

— Я снимал с того момента, как он к ней подошел, — говорит Ярослав. — Оригинал сохранился, время есть.

— Скинь мне и сделай еще две копии.

— Уже.

Сафия оставляет чашку и подходит к нам.

— Они скажут, что украшения были в синей сумке.

— Синей сумки при тебе не было, — отвечаю я.

— Но она оставалась дома. Камиль скажет, что я собрала ее заранее.