Я почувствовала, как внутри всё закипает от возмущения. Какая наглость! Какая гнусная манипуляция! Валера использовал старую, забытую дружбу, как рычаг давления. Он шантажировал человека, который был ему обязан.

— Что? — воскликнула я. — С чего он это взял?!

Андрей наконец посмотрел на меня.

— Не знаю, — ответил он тихо. — Видимо, кто-то из бригады ему всё сливает. Мы же с тобой тепло общались в последнее время. Чаи распивали в доме, разговаривали, смеялись... Вот ему и доложили. И ему это не понравилось.

Я задумалась, вспоминая лица и поведение каждого человека из бригады. Колян поначалу вёл себя странно, но потом исправился. Егор был молчаливым и стеснительным. Другие мужчины — средних лет, спокойные, работящие. Никто не выглядел подозрительным, никто не смотрел на меня косо, никто не проявлял скрытности. Но кто-то из них был «крысой». Кто-то сообщал Валере всё, что происходило на участке.

— Откуда у тебя эта бригада? — спросила я, чувствуя, как внутри зарождается холодная решимость докопаться до истины.

Андрей вздохнул и провёл рукой по лицу, словно пытался стереть усталость.

— Твой муж и посоветовал к ним обратиться, — признался он, и в его голосе я услышала горечь. — Он же в строительной фирме работает, так как у него все на объектах, он дал мне контакт знакомого частника, к которому тоже сам иногда обращается, когда дополнительных рук не хватает.

Я почувствовала, как внутри всё холодеет. Значит, Валера контролировал всё с самого начала. Он не просто знал, где я нахожусь. Он подослал своего человека с бригадой, чтобы следить за мной. Чтобы сообщать ему о каждом моём шаге.

— Мне кажется или ты уже знаешь, кто сливает Валере информацию? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.

Андрей промолчал. Он смотрел на меня, и я видела, как в его глазах борются разные чувства — страх, вина, желание защитить меня и одновременно нежелание делать больно другому человеку.

— Почему молчишь? — спросила я, чувствуя, как внутри закипает злость. — Ты давно знаешь, кто крыса, но по какой-то причине не хочешь выдавать?

Он снова вздохнул, я видела, как тяжело ему даётся этот разговор.

— Зачем? — ответил он тихо. — Это ничего не изменит, Лена.

— Ты прав, — произнесла я холодным голосом. — Не изменит. До тех пор, пока ты будешь считать себя обязанным моему мужу.

Андрей поднял на меня глаза.

— Лена, ты не понимаешь, — сказал он.

— Всё я понимаю! — ответила я. — Мужская дружба — это святое. Я понимаю это.

— Он мне не друг, — произнёс с ноткой вины в голосе.

— Тогда почему ты так старательно ему угождаешь?

— Я уже объяснил.

— Нет, — покачала я головой. — Это не объяснение. Я не понимаю, как можно отдавать долг за спасение жизни, при этом губя чужую жизнь!

— Лена...

— Именно этим ты и занимался, когда отталкивал меня! — продолжила я, чувствуя, как слова вырываются из самой глубины души. — Ты делал мне больно! Ты унижал меня при всех! И всё ради того, чтобы отдать долг человеку, который тебя даже не уважает!

— Это не так, — прошептал он. — Я думал, что ты до сих пор любишь его. Что ты просто хочешь его наказать. Что рано или поздно вернёшься к нему. А я...

Он замолчал. Я почувствовала, что он хочет сказать мне что-то важное, но боялся произнести вслух.

— Что ты? — спросила я тихо, глядя ему прямо в глаза.

— Я... — начал он, но не смог закончить.

Я смотрела на него, и внутри меня боролись два чувства: желание обнять его и сказать, что всё будет хорошо, и холодное понимание, что он не сказал главного, потому что чего-то боялся. Чего? Или кого?

— Хорошо, — спокойно ответила я. — Я доработаю у тебя до конца месяца, потом сниму квартиру и уеду.

Андрей посмотрел на меня так, словно я его оскорбила.

— Зачем? Я ведь сказал, можешь жить в доме, сколько захочешь.

— Мне всё равно придётся уехать. Валера рано или поздно объявится, как только я отправлю заявление на развод через госуслуги. Я знаю его. Он не терпит, когда кто-то или что-то выходит из-под его контроля.

— То есть, ты всё-таки твёрдо намерена развестись?

— Я ещё вчера тебе об этом сказала. Я больше никогда не смогу жить с человеком, который использовал меня как прислугу десять лет. Не давал мне и шанса на самореализацию, твердил, что моя работа — это быть идеальной женой! А сам изменял мне и врал в глаза! Я практически застала его с любовницей в его кабинете! И знаешь что? Он вёл себя так, словно я не жена, а посторонняя женщина, которая пришла не вовремя к нему на работу и ещё смею проявлять недовольство!

Пока я выплёскивала всю накопившуюся внутреннюю боль, видела, как Андрей менялся в лице. В его глазах появилась злость.

— Я этого не знал. Валерка сказал, что ты просто психанула, гнёшь характер. Хочешь доказать ему свою независимость.

— Ах вот как! То есть у нас, якобы, идёт борьба характеров? Кто первый сдастся, приползёт просить прощения!

— Да. Именно так он и сказал, — неожиданно подтвердил Андрей.