— Надень обувь. Возьми плащ. Ты возвращаешься на Землю.

— Но… — Ее взгляд тут же упал на Такела. — Почему? Как? Я не пойду без него.

— Просто фантастика, — прошипел Каэль, прижав ладонь к лицу. — Я гнал сюда изо всех сил, а теперь никто не хочет улетать.

Если я чему и научилась за те несколько лет, что была матерью девочки-подростка, так это тому, что споры ни к чему не приведут. Я отыскала глазами Такела, позволяя тишине сказать все за нас.

Он кивнул, взял Грейс за руки и сказал:

— Ты здесь не в безопасности, Грейс, и я никогда не прощу себе, если с тобой что-то случится.

— Охотники за головами уже на пути сюда, чтобы схватить нас, — добавила я. — Офицер Каэль доставит тебя на Землю.

Она посмотрела на Такела, и на ее лице отразилась та же боль, что выжгла и мое сердце.

— Но я не хочу оставлять тебя.

— Я прилечу на Землю, — мягко произнес он, погладив ее по волосам. — Я уже подал заявку в Гарнизон Земли. Я почти достиг зрелости, а им там нужны психологи. Ты подождешь меня?

Каэль всплеснул руками:

— Это мой корабль. Моя миссия. Я заберу вас обеих, даже если ради этого мне придется привязать вас к ионным панелям.

Я проигнорировала его угрозу и полезла под диван в поисках обуви Грейс. Нащупав туфли, я бросила их перед ней с таким умоляющим выражением лица, какому даже она не могла отказать.

— Забирай ее, — твердо сказала я, глядя прямо на Каэля. — Увози ее на Землю.

— А как же ты?

— Клянусь, я очень близка к тому, чтобы заставить ее говорить, — соврала я, и сердце заныло от этой лжи. Никакой близости к разгадке не было. Я вообще не была уверена в том, что делаю, но я должна была попытаться.

— У меня достаточно опыта общения с джал’зарками, и я уверяю тебя, она не заговорит. — Он потер переносицу. — Если только…

Что-то острое кольнуло мне спину.

— Если только что?

Он прижал большой палец к подбородку, потирая темную щетину.

— Существует вещь, которая называется голографическим ченнелингом памяти.

— Это незаконно! — выпалил Такел. — Этот вид пыток запрещен уже несколько десятилетий.

— На Одхейме нет ничего незаконного, — рявкнул Каэль, стиснув челюсти. Затем он указал на Такела: — Ты! Забирай девчонку и спускайся вниз. У меня у заднего входа дежурят десять лучших бойцов. Передай им мой приказ: доставить ее на мой звездолет. Там она будет в безопасности.

— Но как же мама?

— О, милая. — Я обняла ее, впитывая этот родной запах, который, как мне казалось, все еще отдавал детским пюре и молоком. — Еще одна попытка. Я присоединюсь к тебе на его корабле, но сейчас я не могу уйти. Только не тогда, когда еще есть шанс. Забирай ее!

Такел тут же обхватил ее за талию одной рукой, а другой перехватил ее ладонь. Он повел ее вон из нашей квартиры, пока Грейс растерянно оглядывалась на меня через плечо. Вскоре она скрылась за дверью, оставив меня наедине с рушащимися надеждами и разбивающимися мечтами.

— Где она? — спросил Каэль.

Я повернула голову в сторону последней двери.

Он тут же направился туда и открыл многочисленные замки. К’нема была привязана к кровати точно так же, как я ее и оставила.

— Тебе, пожалуй, лучше подождать снаружи, — заметил он. — Этот метод пыток запретили не просто так.

Все тело колотило от крупной дрожи, поэтому отрицательно покачать головой не составило труда:

— Нет, я хочу остаться.

Каэль шумно выдохнул, и из его комма вырвались лучи света. Они соединились в голографическую панель управления над его запястьем, где он начал быстро водить и вращать пальцами. Он коснулся одного из символов, вытянул его из проекции и прижал ко лбу К’немы.

Джал’зарка словно сжалась, став меньше, ее глаза широко распахнулись:

— Не делай этого, ветусианец. Нет. Пожалуйста, не надо.

Он взял ее руку в свою и сильно сжал:

— Хакер. И раз уж на то пошло… Зэвис да тайг Брокнар.

— Я не могу, — она отчаянно закрутила головой. — Никто не должен тревожить мертвых. Не надо этого… пожааалуйста!

Но Каэль не слушал.

Он снял комм с запястья, положил его К’неме на живот, после чего отступил на шаг и прислонился к стене.

— Что происходит? — спросила я.

Он скрестил руки на груди и прижал палец к губам. Прямо над Джал’заркой потоки света сплелись в очертания хижины, под стропилами которой висели связки костей. Перед ней маленькая джал’зарка — девочка, едва вышедшая из ясельного возраста — разгребала землю, обнажая зеленый лист.

— Ами, — искаженный статикой голос девочки зазвучал в комнате, слова прерывались помехами. — Я н-н-нашла хрустозуб.

— О-о, — отозвался другой, более глубокий голос. — Мекара открыла, что именно здесь мы и обоснуемся на всю жизнь нашей звезды.