Хотя маловероятно, что он там будет, я направляюсь в спортивный зал. Я улыбаюсь Дженни, которая выходит, когда я вхожу, и стараюсь не слишком пристально изучать ее лицо. Она как-то странно смотрит на меня? Нет ли ухмылки в ее приветствии? Но нет. Все выглядит нормально, значит, никто, должно быть, не видел, как Лиам гонялся за мной полуголым. Я бормочу приветствие, когда мы проходим мимо, а затем нажимаю на металлическую перекладину, чтобы открыть двери спортзала. Вход в спортзал — это как в теплицу. Здесь сыро и затхло, воздух душный. В помещении темно, окна плотно закрыты ставнями, чтобы не допустить попадания драконьего огня, который начнется позже этим утром. Есть пара драконов, которым особенно нравится обстреливать Форт-Шривпорт, и все они, похоже, нападают по утрам, что хорошо. Когда с ними будет покончено, мы сможем вынести растения обратно на солнце, чтобы они могли впитать солнечные лучи. Я вдыхаю резкий, зеленоватый аромат помидоров и смотрю на ряды клеток и растений в горшках. В Форт-Шривпорте легче всего выращивать огурцы, цуккини и помидоры, а также тыкву. Виноградные лозы легко натягиваются на высокие металлические клетки, и любые фрукты аккуратно укладываются на них. Я люблю раннее лето и арбузы, но сейчас конец лета, и меня уже тошнит от огурцов и помидоров. Но еда есть еда, и я не могу быть привередливой.

— Бенни? — зову я.

Никто не ответил.

— Бенджамин Аллен Фостер, — рявкаю я и слышу, как мой голос эхом отдается в пустом спортзале. — Меня тошнит от этих игр. Я знаю, что ты взял мои носки. Подойди и признайся.

Ответа по-прежнему нет. Я прохожу между рядами растений, стараясь не задеть плоды, свисающие с лиан.

— Просто подойди и поговори со мной. Я не злюсь. — Это чудовищная ложь. Я в ярости, но он не признается, если узнает, что я злюсь. Бенни не дурак. На самом деле, он слишком умен, эта маленькая крыса. У него хорошо получается ускользать и прятаться, когда он думает, что попал в беду. В последнее время он стал чаще скрываться, и это вызывает беспокойство. Я очень старалась быть родителем для Бенни, и чем больше я старалась, тем ужаснее он становился с каждым годом.

Если бы я его не любила, я бы его возненавидела, но я никогда никому об этом не говорила. Мы с Бенни — команда. Мы приемные брат и сестра, и когда мама умерла через год после того, как произошел Разлом, я взяла на себя родительские обязанности. Если он плохой ребенок, то это моя вина.

— Бенни, пожалуйста, — говорю я тише. — Я беспокоюсь о тебе. Если ты прячешься, просто выйди, ладно?

Тишина. Его здесь нет. Тогда я не знаю, где он. В каком-нибудь новом укрытии в форте, о котором я не знаю, где он может курить старые сигареты, которые он прячет, или нюхать старую краску из-под баллончика.

Он не хотел покидать форт. Он дикий ребенок, но не глупый. Он бы не бросил меня… сделал бы он это?

— Андреа?

Я оборачиваюсь, подпрыгивая при звуке своего имени.

— Ты меня до смерти напугал, Лиам! — задыхаясь, я положила руку на свое бешено колотящееся сердце.

Он морщится, поправляя бейсболку самым человечным жестом на свете. Сейчас он одет в простую белую футболку и спортивные штаны, которые были на нем раньше, а на шее повязан его обычный шарф, как будто в любой момент он может скрыть свое лицо. Он на другом конце комнаты, но даже отсюда я вижу, как бугрятся его крепкие мускулы сквозь натянутую тонкую ткань футболки. На спине у него, как и у Раста, шипы, и это единственное, что, глядя на него, кажется странным или неуместным. Только недавно он начал носить футболки с короткими рукавами, как будто проверяя, насколько странно он может выглядеть, не будучи изгнанным из форта. В темноте, однако, он выглядит как человек. Таким человечным. Ты не видишь его странных глаз и острых зубов, а тени скрывают тот факт, что черты его лица слишком резкие, чтобы быть нормальными.

Лиам делает шаг вперед и касается моей руки, пока я дрожу среди помидоров в горшках.

— С тобой все в порядке?

— Я в порядке. Только… не подкрадывайся ко мне, ладно? — Я вырываюсь из его хватки, ненавидя себя за то, что он видит мою слабость. — Что ты здесь делаешь?

— Я хотел поговорить с тобой, — говорит он, и его голос звучит тихо и умоляюще. — Ты выбежала из моей комнаты.

— Потому что был голым. Я не хочу находиться рядом с тобой, когда ты голый. Это… не по-человечески.

Он хмыкает, как будто в этом есть какой-то смысл.

— Прости.

— Все в порядке. Ты просто должен думать о том, как это выглядит, — защищаясь, говорю я ему, скрещивая руки на груди и потирая кожу. Я покрываюсь мурашками, несмотря на душную жару в спортзале. — Ты нашел Бенни?

— Я тоже хотел спросить тебя об этом. Как долго он отсутствует?

Я пожимаю плечами.

— Сегодня утром он не пришел на завтрак, но в последнее время у него это вошло в привычку. Небольшие бунты и все такое.

Лиам рассеянно потирает подбородок, быстро проводя пальцами по губам.

— А ты знаешь, что он в форте?

— Конечно, он в крепости. Надвигается нападение дракона. Он упрямый, но не глупый. Он не даст себя убить, просто чтобы доказать мне свою точку зрения.

Он наклоняет голову, изучая меня в полумраке, и я отчетливо осознаю, как близко мы стоим. Я не так уж часто оставалась наедине с Лиамом, но в последнее время он стал чаще бывать рядом со мной. Возможно, это еще одна попытка выяснить, что ему может сойти с рук, прежде чем это перейдет все границы.

— С тобой все в порядке Андреа?

Взволнованная, я тереблю кончик своей косы.

— Как я уже сказала, ты просто напугал меня…

— Дело не в этом. — Лиам переминается с ноги на ногу, как будто он на грани. Нервничает? Или просто пытается понять меня? — Я все еще многое узнаю о людях, знаешь ли. Прошло семь лет, а я все еще не разобрался в тебе. — В темноте он, возможно, улыбается. — Но я думал, что знаю основы. Я думал, мы с тобой были… друзья? Но в последнее время ты избегаешь меня. Я хочу знать, что я сделал не так.

Я облизываю пересохшие губы. Я не хочу вдаваться в подробности своей истории. Не сейчас. Вероятно, никогда.