— Затем наносишь вещество на зубную щётку. Отличный способ, потому что оно почти безвкусно. Вещество погружает сознание в состояние, при котором человек верит абсолютно всему, что я ему говорю. Например, что перед его кроватью стою не я, а чудовище с пылающими красными глазами, которое хочет его задушить. Это похоже на гипноз, только в сотню раз сильнее.

— Если я приказываю тебе на следующий день в определённое время явиться в определённое место, ты придёшь туда любой ценой. А там тебя ждёт уже основное вещество. Оно временно обнуляет разум и заставляет выполнять любой приказ. Мой приказ. Например, убить человека.

Катарина посмотрела на Макса с раздражением.

— С тобой это, к сожалению, сработало не так хорошо, потому что ты упрямый пёс. С Везенером всё прошло гораздо успешнее. Но начнём немного раньше, чтобы ты смог оценить величие моего замысла.

— Когда я начала планировать месть Везенеру и выяснила, что его сын Никлас дружит с моим племянником, то поняла: я смогу обвести всех вас вокруг пальца. Никому не придёт в голову подозревать меня в преступлении, главным подозреваемым по которому окажется мой собственный племянник.

Лицо Катарины исказилось.

— Даже тебе. А ведь в первую очередь всё это предназначалось именно для тебя. Почему? Потому что три года назад ты — посредственный полицейский со смешными познаниями в психологии и анализе преступлений — претендовал на ту же должность в КК-11, что и я.

— Мне, с моим многолетним опытом, отказали. Я была вынуждена остаться в этом паршивом отделе, которым руководит неверный ублюдок, настроивший всех против меня своими лживыми историями. А тебе, бездарности, отдали должность только потому, что ты знал нужных людей. Коррупция в чистом виде.

— Но я поняла: это мой шанс показать, кто из нас действительно способнее. Я знала, что, услышав мою печальную историю, ты захочешь изобразить героя. Начнёшь расследовать и ни на шаг не продвинешься. А знаешь почему?

Её лицо снова исказилось.

— Ты ведь замечаешь, какое удовольствие мне доставляет этот разговор? Итак, почему ты ничего не раскрыл? Потому что способен следовать только логике, а я заставила тебя бежать по ложному следу.

— Жертвы никак не были связаны с исполнителем. Я выбирала их совершенно случайно. Эпизод с волосами старухи — гениально, правда? Мне пришло это в голову в последний момент, потому что оно совершенно выбивалось из остальных преступлений. Выглядело так… символично, хотя было всего лишь спонтанной фантазией.

— А послания полиции, которые вообще ни с чем не сочетались? Между прочим, я писала совершенно искренне. В этом и заключается гениальность. Меня не поймают. Я не присутствовала ни на одном месте преступления. Никаких следов. Ничего.

Катарина усмехнулась.

— А ты, господин самозваный профайлер, полностью опозорился. Но! — Она театрально подняла палец. — Теперь ты, разумеется, возразил бы — если бы мог, — что после первого убийства всё-таки нашли следы и предполагаемого преступника видели. Так и было задумано. Чтобы окончательно запутать моих сверхумных коллег и тебя.

— Пока Никлас Везенер впервые отправился убивать, я подмешала двум его друзьям в баре средство, превратившее их в безвольных марионеток. Потом одного слегка измазала кровью, а второго — к несчастью, им оказался сын моего трусливого сводного брата — заставила бродить снаружи так, чтобы его непременно заметили.

— Несколько волокон одежды на месте преступления — и готова идеальная картина, от которой ты приходишь в отчаяние. Признаюсь, я не могла предугадать, что Везенер-младший подставит своего приятеля Йенса Бюттнера, но это стало венцом всей истории.

— Разумеется, во всех остальных случаях Везенер брал с собой одноразовый защитный комбинезон и надевал его на месте преступления, чтобы не оставлять следов. Позже я заставляла его сжигать костюм.

Катарина взяла бутылку и сделала большой глоток, а затем посмотрела на Макса с преувеличенно скорбным выражением.

— Самоубийство Леона не входило в мой план, но я не могу заботиться обо всех сопутствующих потерях.

Словно кто-то щёлкнул выключателем, её лицо снова просветлело.

— Какое же удовольствие рассказывать тебе всё это. А теперь перейдём к великой загадке голоса, который слышал и ты. Моего голоса!

Она рассмеялась.

— Всё до смешного просто. Берём маленькую убогую квартиру, куда должны приходить испытуемые — помнишь, по приказу чудовища с красными глазами. Там их ждёт чёрная куртка с крошечной камерой на уровне груди.

— Потом нужно вставить глубоко в слуховой проход одного уха динамик размером с горошину — и командный центр на смартфоне готов. Я видела, куда направляется Везенер, и через динамик отдавала ему приказы. А он послушно всё выполнял.

— Вещество в его организме заставляло воспринимать мой голос как собственную галлюцинацию. Впрочем, теперь ты и сам немного знаком с этим ощущением.