— С тобой оказалось сложнее. Ты сопротивлялся. Настолько сильно, что я потеряла над тобой контроль. Сегодня утром мне пришлось снова проникнуть в твою квартиру и забрать куртку. Динамик ты, к счастью, вытащил из уха сам — вероятно, бессознательным движением — и выбросил. Но без небольших потерь не обходится.

Катарина выпрямилась и глубоко вдохнула.

— Ну что скажешь? Шедевр, правда? Сейчас я введу тебе вещество, которое сделает тебя очень молчаливым человеком. Разум продолжит работать — правда, немного медленнее, — но ты больше не сможешь превращать мысли в слова.

— Все и так уже два дня замечают, что с тобой что-то не так. А теперь, к сожалению, твой мозг окончательно даст сбой. Всё идеально. Сын Везенера разоблачён как серийный убийца, что наверняка уничтожит и старика. А ты… Не будем говорить, в каком состоянии ты вскоре окажешься. Не то чтобы раньше разница была особенно заметна.

Она снова улыбнулась.

— Мне понятно, что всё обнаруженное тобой ты уже сообщил своему другу Бёмеру. Но знаешь что? Мне всё равно. Они ничего не смогут доказать. Мой план слишком совершенен.

Катарина поднялась.

— Ну что ж…

Она подошла к комоду высотой по пояс у противоположной стены и некоторое время что-то делала там. Когда вернулась к Максу, в руке у неё был шприц.

Она уже почти подошла к нему, когда раздался оглушительный грохот, за которым последовали громкие крики и топот.

Больше Макс ничего не воспринял. Ему показалось, что весь мир завертелся, опрокинулся набок — и погрузился во тьму.

Неизвестный

ГЛАВА 57

Открыв глаза, Макс увидел прямо перед собой огромное лицо Бёмера и невольно вздрогнул.

— Эй, всё хорошо! — сказал тот и похлопал его по плечу.

Быстро осмотревшись, Макс понял, что по-прежнему находится в квартире Катарины. Самой Катарины нигде не было видно, зато в комнате находились несколько полицейских.

— Как ты? — спросил Бёмер.

Дерьмово, — хотел ответить Макс, но изо рта вырвалось лишь невнятное:

— Эй-и-и…

Язык по-прежнему казался тяжёлой свинцовой тряпкой.

— Понимаю. Скоро пройдёт. К счастью, Катарина не успела сделать тебе укол, а действие остального вещества скоро закончится — это мы уже знаем. И ещё: мы слышали и записали каждое слово. Железобетонное признание.

Рука Бёмера протянулась мимо головы Макса к уху. Немного пошарив пальцами, он вытащил устройство размером с горошину и положил на раскрытую ладонь.

Макс посмотрел на него и вспомнил, что сказал Бёмеру и Эслем Кескин в управлении, когда излагал свой план:

«Если в слуховой проход помещается динамик, значит, туда поместится и микрофон».

Макс закрыл глаза. Он чувствовал себя ужасно, его тошнило, а руки и ноги почти не ощущались.

Глубоко внутри боролись два чувства.

Из-за женщины, обезумевшей от жажды мести, погибли пять человек.

Но при всей мнимой изощрённости Катарина допустила одну решающую ошибку.

Пытаясь создать впечатление, будто убийства лишены мотива, она забыла, что сама действовала ради вполне определённой цели.

Неизвестный

ГЛАВА 58

Был уже вечер, когда в дверь больничной палаты Макса постучали.

Врачи настояли, чтобы он остался под наблюдением до утра: введённое Катариной вещество было им неизвестно, и никто не мог исключить возможных последствий.

Дверь открылась, и в палату вошёл Бёмер. Но он был не один. Следом протиснулась советник криминальной полиции Эслем Кескин, а за ней — мужчина, которого Макс никогда прежде не видел лично, но сразу узнал.

Марвин Вагнер.

— Ну как ты? — спросил Бёмер, когда все трое расположились вокруг кровати.

— Прекрасно. Не понимаю, почему меня не отпускают домой.

— Вам следует слушаться врачей, — посоветовала Кескин. — Я когда-то знала одного великолепного полицейского. Он не считался ни с чем, даже со служебными инструкциями, но распоряжения врачей выполнял без единого возражения.

Макс кивнул ей, а затем посмотрел на Вагнера. Из-за татуировок и пирсинга тот вживую выглядел ещё более экстравагантно, чем на фотографии с собственного сайта.

— Господин Вагнер, что привело вас сюда?

— Поскольку в будущем мне, по всей видимости, предстоит чаще сотрудничать с дюссельдорфской полицией, а от госпожи Кескин я услышал, что то же самое, вероятно, относится и к вам, я решил: для нашего будущего рабочего климата будет полезно заранее встретиться лицом к лицу.

— Очень рад, — ответил Макс.

Затем он повернулся к Бёмеру.

— По Катарине Бауман всё надёжно?

— Абсолютно всё, — подтвердил Бёмер. — Но когда думаешь о том, что там происходило, становится по-настоящему не по себе.

— Ещё бы.

Макс задумчиво кивнул.

— Власть преступника бывает невероятно большой.

Неизвестный

ОБ АВТОРЕ