— Мой бывший коллега Макс звонит мне поздно вечером, — без предисловий начал Бёмер. — Это может означать только одно: он только что разговаривал с нашей сотрудницей, которая не желает смириться с тем, что её племянник совершил убийство. Я прав?

— Учитывая, что ты сам посоветовал ей позвонить мне, догадаться было не так уж сложно.

— Минуточку, господин бывший коллега. Всё было не совсем так. Я не советовал ей тебе звонить. Я сказал, что, как и все остальные здесь, считаю: её племянник сначала убил женщину, а затем себя. Хотя дело и выглядит странно. И да, я добавил, что, если этот молодой человек всё-таки невиновен, несмотря на все улики, указывающие на него как на преступника, то знаю лишь одного человека, который способен ей помочь. Тебя.

— И ты совершенно уверен, что убийца — он?

— Не совершенно. Но да, думаю, он.

— Думаешь…

— Ах, чёрт! Ладно, приезжай уже, пока ты по телефону не истрепал мне последние нервы. И не забудь захватить бутылку вина.

Макс усмехнулся.

— И чего ты так долго тянул?

ПОЯСНЕНИЯ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

КК — сокращение от немецкого Kriminalkommissariat: подразделение уголовной полиции. Цифры после сокращения обозначают разные отделы.

Глава 02

ГЛАВА 02

До квартиры Бёмера в Фольмерсверте Макс добрался за четверть часа. Первые несколько минут в салоне было так холодно, что он то и дело снимал одну руку с руля и дышал на неё, пытаясь согреть. Зима в этом году пришла рано. Хотя стояло лишь начало ноября, температура уже несколько дней держалась значительно ниже нуля.

Открыв дверь, Бёмер первым делом посмотрел на бутылку красного вина, которую Макс протягивал ему.

— Монтепульчано, «Монте Веккьо Ризерва» урожая две тысячи пятнадцатого года. Для такого невежды, как ты, пожалуй, даже слишком хорошее.

— А за то, что ты среди ночи действуешь мне на нервы, одной бутылки, пожалуй, маловато, — проворчал Бёмер, однако при этом улыбнулся и кивнул в сторону квартиры. — Заходи уже.

Макс последовал за ним в гостиную, разглядывая коренастую фигуру бывшего напарника.

— Тебе пора заняться спортом, — заметил он.

Бёмер обернулся и провёл ладонью по аккуратной трёхдневной щетине, словно напряжённо над чем-то размышлял.

— Что? — невинно спросил Макс.

— Вот думаю, не слишком ли я устал и не проводить ли тебя обратно на улицу.

Макс с улыбкой поднял бутылку.

— Уверен?

— Нет, — ответил Бёмер, взглянув на этикетку, и достал из светлого шкафа-витрины штопор и два бокала.

Тем временем Макс опустился на диван.

— Расскажи мне о Катарине Бауман, — попросил он, пока Бёмер вкручивал штопор в пробку.

Бёмер сел напротив него в кресло и пожал плечами.

— Рассказывать особенно нечего. Она главный комиссар, перешла из КК-23, которым руководит её бывший муж. Оливер Бауман — может, ты его знаешь. Примерно за год до того, как ты от нас ушёл, его повысили до первого главного комиссара уголовной полиции, и он возглавил отдел. После развода ей там, как нетрудно догадаться, стало не слишком уютно, тем более что большинство коллег встали на сторону начальника. Вот она и перешла к нам.

Макс уже налил им вина на два пальца, и они чокнулись. Закрыв глаза, он насладился первым глотком, а затем поставил бокал на журнальный столик.

— Да, кажется, я как-то встречался с Бауманом. Сколько лет его жене?

— Сорок два.

— И что ты о ней думаешь?

— По-моему, решение уйти из отдела по борьбе с коррупцией и экономическими преступлениями к нам было правильным, даже если причина перехода для неё самой оказалась не слишком приятной. Она хорошо освоилась и обладает ярко выраженным аналитическим складом ума. Иногда даже немного напоминает мне тебя, только она гораздо симпатичнее.

— А её семья? Похоже, она была очень близка с племянником.

Бёмер кивнул.

— Да. Когда она узнала, что Бауман уже не в первый раз изменяет ей с какой-то молоденькой девицей, брат приютил её у себя и заботился о ней. Расставание вышло довольно скверным. Бауман не хотел её отпускать. Однажды вечером он явился пьяный к дому её брата и стал уговаривать Катарину вернуться. Тогда Йонас Келер — так зовут её брата — недолго думая съездил ему по носу.

Бёмер сделал ещё один глоток и ухмыльнулся.

— Бауман не стал подавать заявление.

— Хм… А теперь её племянника подозревают в убийстве.

— Да. Сосед, которому не спалось, и ещё один человек, живущий на соседней улице и выгуливавший собаку, видели Леона, когда тот выходил из дома. Оба независимо друг от друга уверенно его опознали. Когда позавчера коллеги обыскали его квартиру, среди белья обнаружился свитер с пятнами крови, которая, вне всяких сомнений, принадлежит жертве. Кроме того, волокна, найденные на месте преступления, совпадают с волокнами этого свитера. — Бёмер глубоко вдохнул и шумно выпустил воздух через нос. — Как видишь, в общем-то, дело железное.

— В общем-то?