В глазах приспешника Припегалы даже не удивление, а самый настоящий шок. Ну еще бы, ведь к нему только что обратился какой-то жалкий смертный. И не просто смертный, а гражданский с каких-то там вонючих окраин. Притом явный молокосос.

От такой наглости у кого угодно зубы сведёт. А уж у последователя богов, рожденного с золотой ложкой в одном месте, — и подавно.

Однако отступать уже поздно. Да и не хочу я, собственно, никуда отступать.

По какой-то необъяснимой причине такие парни, как он, частенько вызывали во мне неподдельное раздражение. И как раз сейчас волна этого самого раздражения сносила в моей голове все преграды со своего пути.

Осторожность, рациональность, здравомыслие. Все эти несомненно важные качества, которыми следовало руководствоваться в подобных ситуациях, стремительно отходили куда-то на второй план. А губы тем временем выплевывали обидные слова:

— Ру-ки. Хочу сыграть на руки.

Под сводами котельной опять повисла тишина.

Я поймал на себе еще больше чужих взглядов. Удивленных, настороженных и даже… жалостливых.

Уверен, все присутствующие сейчас видят во мне безумца. Однако вскоре все изменится…

— Ого, да ты смельчак! — посмотрел на меня как-то по-новому прислужник Припегалы. — И что взамен? Двадцать миллионов тебя устроит?

Из взгляда последователя куда-то подевалось все раздражение — на смену ему пришел интерес… А еще хорошо замаскированный голод. С таким обычно смотрят на парящий, только что снятый с гриля, стейк.

Тут и думать не надо, в его глазах я не более чем сытная еда, способная лишь на то, чтобы утолить разбушевавшийся голод.

Вот только слуга азартного бога кое-чего не учел. По своей глупости он только что спутал добычу с таким же хищником, как и он сам.

— Вы не поняли, господин, — стараясь скрыть усмешку под тенью капюшона, произнес я. — Деньги меня не интересуют.

— Тогда что? — еще более заинтересованным голосом уточнил последователь. — Власть? Должность в компании? А может, хочешь стать моим личным ассистентом?

— Что вы, я не настолько жаден, — еще ниже склонил я голову, чтобы не выдать своего истинного настроения. — Мне нужна сущая мелочь…

— Да, и какая же?

— Ваши руки.

На этот раз тишина, заполнившая собой всю котельную, отличалась от той, что царила тут прежде. Теперь в ней проскальзывало нечто тяжелое и гнетущее. Будто момент за секунду до казни, когда тупое лезвие гильотины вот-вот врубится между шейных позвонков…

— Ха-ха-ха! — неожиданно разбил вязкую тишину истерический смех. — А ты интересный. Хочешь мои руки? — продемонстрировал всем присутствующим свои утонченные ладони уверенный в собственном превосходстве аристократ.

— Очень, — честно ответил я, не отрывая при этом взгляда от поблескивающего корпуса часов.

— Ну раз так, тогда давай сыграем. Карты, кости, дартс, рулетка… — принялся он перечислять все доступные азартные игры.

Однако ни одна из них меня не интересует.

— Я простой парень с окраин, мне бы чего-нибудь попроще, — беспардонно оборвал я его самолюбование. — Как насчет чего-то более приземленного? Например: камень, ножницы, бумага? Слышали про такую игру?

— Конечно, — улыбнулся последователь. — И должен сказать, я в ней весьма хорош.

Ну еще бы, иного ответа ждать и не стоило, ведь всех этих сволочей из свиты Припегалы с самого детства натаскивают в разного рода играх, чтобы им проще было потом дурить всяких наивных простачков, вроде того сопляка, что совсем недавно чуть не лишился руки.

— Тогда за дело, — хлопнул в ладоши урожденный.

Ему явно не терпелось начать. Впрочем, он такой не один. Мне тоже хочется побыстрее со всем разобраться и наконец избавиться от этого тяжелого, холодного груза в груди.

Именно с этим настроем я и подошел к зарвавшемуся последователю бога Припегалы.

— Нравится рыбачить? — встретил он меня кивком, направленным на чехол в моей левой руке.

— Что-то вроде того, — нехотя ответил я, одновременно с этим вынося вперед свой правый кулак.

— А я смотрю, ты не любитель пустых разговоров, — повторил мой жест урожденный.

На мгновение мы оба замираем, а затем словно по команде начинаем трясти руками.

— Камень!

— Ножницы!

— Бумага!

— Раз!

— Два!

— Три!

На последний счет наши руки замирают. А глаза устремляются вниз, на ладони друг друга.

— Ничья, — с улыбкой произнес я, глядя на две развернутые параллельно полу ладони.

— Ничья, — задумчиво повторил следом за мной явно удивленный чем-то последователь.

— Тогда надо сыграть еще раз, — облизнулся я в предвкушении и снова, как и несколькими секундами ранее, прикрыл левый глаз.

Этот наивный любитель азартных игр, стоящий напротив, еще не знает, в какую западню только что угодил.

— Камень! Ножницы! Бумага! Раз! Два! Три! — слитно произнесли мы, и я снова перевел взгляд вниз.