— Всё в порядке, Спенс? — спросила Мясник, когда в конце смены я вернулась к центральному посту, чтобы дописать свои записи.

Я смертельно устала от того, что Мясник постоянно меня об этом спрашивает. Но когда я подняла глаза, собираясь сердито зыркнуть на неё, я поняла, что Мясник спрашивает это совершенно искренне. У нашей старшей медсестры было не так много светских манер, и её вопрос «Всё в порядке, Спенс?» был просто способом сказать «Привет, как дела?» или «Что у нас сегодня происходит?», а не попыткой докопаться или постоянно контролировать. По крайней мере, не в этот раз.

— Когда эта смена закончится, я встречаюсь со своим адвокатом в исключительно респектабельном районе города. — Мой маленький «Шевроле» точно будет смотреться там странно.

— И какой у него план?

— Пока не знаю. Но завтра ночью буду знать больше.

— Тебе нужно взять отгул?

Я подумала о Джейке и покачала головой:

— Пока нет.

Тяжелые веки Мясник недоверчиво опустились.

— Ладно. Но дай знать, если что-то изменится, хорошо?

— Договорились, — я снова зарылась в карты пациентов и писала исключительно подробные заметки, пока Мясник не отошла.

* * *

Я подумала о том, чтобы заглянуть в палату к Ти и попрощаться перед уходом, но потом передумала. Если он захочет позвонить — он позвонит. Если нет, то мне же лучше — не придется позориться. В раздевалке я переоделась в чистый медицинский костюм, попрощалась с Джиной и Чарльзом, а затем одна зашла в лифт.

Терпеть не могу наш лифт. Дело не только в том, что в нем всегда пахнет мочой. Он «взлетает» и «приземляется» как обычный лифт, но в промежутке вообще не ощущается, что он движется. Я как-то засекала время: с момента закрытия дверей до их повторного открытия проходит сорок секунд. Для лифта это долго — особенно когда на табло нет номеров промежуточных этажей. Он кажется бутафорией из «Сумеречной зоны», что, учитывая, откуда и куда он меня везет, возможно, не так уж далеко от истины.

Этим утром я зашла в него, двери закрылись, и… потекло время. Много времени. Гораздо дольше сорока секунд, когда я снова начала считать, и еще дольше двадцати секунд после этого. Свет погас, и мой пропуск начал светиться. Только не снова. Тревога взвилась во мне, как испуганная птица, и я выронила пальто. Сердце забилось так быстро и громко, что я чувствовала его в самом горле. Я больше не могла считать секунды — только удары сердца, всё быстрее и быстрее. Я протянула руку и нащупала стык металлических дверей там, где они смыкались, и сама не знала, чего хочу больше: чтобы они распахнулись и выпустили меня, или чтобы оставались закрытыми, защищая от того, что было снаружи…

Лифт звякнул. Я отпрянула назад и вжалась в угол. Внутри загорелся свет, ослепив меня и превратив всё, что находилось за дверями, в сплошную черноту.

— Выходи, человек, — произнес голос. — Мы не причиним тебе вреда.

Голос был надломленным и несвязным, словно подобие человеческой речи, собранное по кусочкам и грубо склеенное скотчем — в духе розыгрышей телевизионных серийных убийц.

— Кто это «мы»? — крикнула я изнутри.

— Ты знаешь, кто мы, — ответил он.

Боюсь, они были правы.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Я наклонилась вперёд и несколько раз нажала кнопку «закрыть дверь».

— Выходи, — повторил голос, на этот раз более строго.

Я прикрыла глаза рукой, чтобы они привыкли к темноте. Снаружи всё напоминало пещеру: сводчатый потолок и бархатисто-чёрный пол. Когда я вышла, двери лифта начали закрываться за мной. Я резко обернулась и просунула руку между ними — туда, где должен был находиться датчик движения, — но двери упорно продолжали смыкаться. Я отдёрнула руку в последний момент. Лифт застыл на месте, неуместно выглядя у подножия каменной шахты.

— Где вы? — крикнула я и сделала шаг вперёд. Ковёр под ногами заколебался и деформировался. О боже, это была вода. Или что-то похуже. — Тени? — выкрикнула я, и голос мой задрожал.

Когда глаза привыкли к более тусклому свету, от земли начало исходить сияние — слабое и нежное, причудливые зубчатые линии и одинокие мигающие огоньки. Они проявлялись так же, как иногда не видишь звёзд, пока не окажешься за городом, а потом удивляешься, как мог пропустить столько их раньше. Дальше, там, где, как я догадалась, находилась середина пещеры, виднелась сплошная масса светящегося света — маленькое плоское солнце. Оно пульсировало.

— Вы привели меня сюда — зачем? — спросила я вслух.

— Это наш дом, — ответил голос. Рядом со мной послышался звук льющейся жидкости, и я повернулась направо. В двадцати футах от меня стояло существо, сотканное из тёмной жидкости, всё ещё испещрённое светящимися звёздами. Оно напоминало «Слизняка», и протянуло ко мне псевдоподий.

Я отступила назад, выставив вперёд светящийся бейдж.