Наверное.

Скорее всего.

Рокат внезапно остановился, и я перевела внимание на него, прежде чем заметила, что все мужчины, сопровождавшие нас во время спасательной миссии, поднялись на ноги.

Пустые, запавшие глаза встретились с нашими, а некоторые едва заметно покачивались на месте.

Неужели они прождали здесь всю ночь?

— Халалхиво, — произнесли они в унисон, отдавая ему салют с прижатым к груди сжатым кулаком.

— Каково состояние Хадвезера Раппа? — спросил Паранксок, нерешительно шагнув вперёд.

С губ Роката сорвался тяжёлый вздох.

Я сжала его руку.

— Главный целитель считает, что он может выжить. Но это не гарантия.

Сдержанное облегчение прокатилось по рядам мужчин: их брови разгладились, а плечи немного расслабились.

Бананд шагнул вперёд и опустился на одно колено между мной и Рокатом.

Он опустил взгляд, пока его бордовые глаза не встретились с моими. В них горело благоговение.

Затем он склонился так низко, что его лоб коснулся предплечья, на которое он опирался.

— Сельхамош, моя жизнь, мой меч принадлежат вам.

Сельхамош.

Самозванка.

Бананд не только преклонил передо мной колено в знак почтения, но и даровал мне почётный титул, подобный Халалхиво Роката, соответствующий моей силе.

Я моргнула, пытаясь осознать значимость этого жеста.

Волна мужчин повторила за ним, и до меня донеслись тихие голоса, произносившие:

— Сельхамош…

— Сельхамош…

Слёзы защипали глаза, а в горле образовался ком.

Я добилась их уважения.

«Да, добилась, Ассирия, — прогрохотал голос Роката в моём сознании. — Ты в одиночку меняешь отношение в этой Армии. Весть о спасательной миссии скоро разойдётся повсюду. И, вероятно, слухи о твоей силе тоже.»

Лёд скользнул вдоль моего позвоночника.

Всю свою жизнь я сосредоточенно скрывала свою магию.

Старалась оставаться незамеченной.

Осознание того, что мой путь повернул в совершенно новом направлении, ничуть не ослабило это чувство, будто мне всё ещё необходимо прятаться.

Кто знает, какие ножи ждут меня, когда мир узнает, что я могу стать кем угодно в вихре теней?

— Встаньте, — сказала я дрожащим голосом. Руки тоже тряслись, и я спрятала их за спину, проворачивая кольцо на пальце, чтобы хоть немного унять тревогу, терзавшую мои нервы.

Они подчинились, а Рокат отпустил их. Некоторые предпочли остаться, поддерживая Раппа, Зурронара и ещё нескольких раненых, которым всё ещё требовалась помощь целителей.

Бананд был среди них.

— Могу я поговорить с вами, Халалхиво? — спросил он, нервно покосившись на тех, кто всё ещё находился поблизости.

Рокат кивнул и, положив руку мне на поясницу, отвёл нас троих в сторону, подальше от чужих ушей.

Бананд опустил голову и медленно, протяжно выдохнул.

— Сколько?

Слова прозвучали так тихо, что я едва их расслышала. Но невозможно было не заметить стыд и вину, которые лежали на них тяжёлым грузом.

Сочувствие сжало мне сердце. Когда я впервые узнала, что чума была делом рук одного из наших, я пришла в ярость. Когда выяснилось, что Рокат участвовал в сокрытии правды, эта ярость превратилась в настоящий гнев. Прошлой зимой из-за этого погибла вся моя семья, оставив меня совершенно одной в этом мире. И всё же, видя последствия того, что Ангелы заставили Бананда делать своей магией, я чувствовала, как пламя моей ярости угасает, пока от него не остаются лишь тлеющие угли.

— Их смерти не на твоей совести, — прорычал Рокат. — Но я хочу получить полный отчёт обо всём, что ты слышал, видел и делал, находясь у них в плену.

Бананд поднял голову. Его бордовые глаза блестели. Щёки ввалились, а кожа на лице слишком туго обтягивала кости. Ночью он показался мне просто худощавым, но теперь я поняла, что он буквально чахнет на глазах.

— Конечно, Халалхиво. Всё, что вам потребуется. Я хочу искупить всю боль, которую причинил.

Рокат повернулся ко мне.

— Я провожу тебя обратно в нашу палатку, чтобы ты отдохнула, а затем поговорю с Банандом.

Я покачала головой.

— Нет. Думаю, нам всем нужно поспать. И поесть. Ночь была долгой. К тому же Рапп ещё не очнулся. Он тоже захочет это услышать.

Лицо Роката смягчилось, и он провёл костяшками пальцев по моей щеке. Я отказывалась верить во что-либо, кроме того, что Рапп выживет. В любую минуту он позовёт нас.

Он.

Не.

Умрёт.

— Сельхамош права, — тихо произнёс Бананд. — Честно говоря, мне бы не помешали кровать и еда. Уже давно у меня не было в достатке ни того, ни другого.

Рокат перевёл взгляд с него на меня и обратно, после чего уступил.

— Завтра мы встретимся снова. Найди Хадвезера Трола, и он позаботится о том, чтобы у тебя было всё необходимое, Бананд.

— Да, сэр, — ответил он, отдавая Рокату салют с прижатым к груди кулаком.