Он наблюдал за ней, пытаясь оценить ее реакцию, когда она наклонилась к своей сумке, поставила ее перед стеллажом, открыла и выудила связку ключей. Ее руки дрожали, когда она нащупывала нужный ключ, и это было хорошо. Она побледнела, и это тоже было хорошо.

Но она все время поглядывала на него - перед тем, как наклониться к своей сумке, потом, когда ставила ее на стеллаж, еще раз, когда сворачивала за угол у станции официанта, и в четвертый раз, когда проходила мимо него, направляясь к двери. Он подумал: Ишь, какая умница, пытается запомнить, как я выгляжу. Но есть способы свести эту вероятность к минимуму и почти полностью ее исключить.

Это называлось шоковой терапией.

* * *

Ночь была холодной, а Дэвид не был к этому готов, одетый только в легкую бежевую куртку, и даже с застегнутой до подбородка молнией, ветер с реки вдоль Вэст-Энд-авеню был достаточно сильным, чтобы заставить его немедленно направиться на восток через Центральный парк, где плотно прижатые друг к другу ряды элитных жилых домов не пропускали ветер. Он шел от 63-й до 78-й улицы, гадая, что он делает, держась западной стороны, укрываясь за зданиями от ветра и потому, что никогда не знаешь, что может случиться в Центральном парке и кого можно встретить в это время ночи. Это был уединенный участок, хотя и довольно хорошо освещенный - несколько человек выгуливали собак или возвращающились откуда-то домой, и было легкое двустороннее движение.

Он подумал, что улица соответствует его настроению. Одинокая и наполовину освещенная.

На 78-й улице он пересек три квартала до Бродвея, хотя ее бар находился на Коламбус-авеню. Он, по-видимому, хотел обойти вокруг по широкому кругу и только потом, если к тому времени не избавится от этого чувства, приблизиться. Он надеялся, что это чувство просто пройдет.

То, что он делал, было глупо. Даже просто стоять через дорогу от бара и смотреть на нее через окно было глупо, потому что если он мог видеть ее, то была вероятность, что и она увидит его. Не говоря уже о том, что это было так же унизительно, как стоять под окном ее квартиры. Зайти внутрь и попытаться поговорить с ней, что он действительно хотел сделать, что ему так хотелось сделать, обязательно причинило бы еще большую боль им обоим.

Это не могло хорошо кончиться. Но он все равно это делал.

Он направился по Бродвею, засунув руки в карманы джинсов от холода. Некоторые бары все еще были заполнены, в основном двадцатилетними ребятами, и он слышал музыку и громкий смех, а в других барах было тихо и темно, они уже закрылись или вот-вот закроются, и ему вдруг пришло в голову, что он понятия не имеет, как идут дела в ее заведении. Она могла уже закрыться и уйти домой. Это было вполне возможно.

Эта мысль наполнила его страхом, и он ускорил шаг, так что к тому времени, когда он пересек квартал красных фонарей и миновал ресторан "Grey’s Papaya" на 72-й улице, его сердце колотилось так сильно, что он снова замедлил шаг. Будет нехорошо, если она увидит его в таком состоянии, если он вообще покажется ей на глаза. Он все еще не был в этом уверен. Не был уверен, что, черт возьми, собирается делать.

Но это чувство не ослабевало, даже когда он вышел на улицу. Ночной воздух не прояснил его мысли и не излечил. Ничего подобного. Он был так близок. Близок к тому, чтобы, наконец, увидеть ее. Близок к чему-то.

На 70-й улице он повернул на восток и медленно пошел в сторону Коламбус-авеню.

* * *

Она собиралась держать все под контролем.

Он не станет стрелять.

Ему нужны только деньги, вот и все.

Отлично.

- Я уже сделала выемку, - сказала она. - Деньги в подсобке.

- А сколько в кассе?

- Двести долларов на размен для завтрашнего дня.

- Положи их в портфель. Деньги в ящике или в сейфе?

- В денежном ящике, он заперт в столе. Сейф мне не доверяют. Я здесь новенькая.

- О? Тебе нельзя доверять?

- Я здесь новенькая.

Она сложила деньги в портфель. Смотрела, как он отхлебнул пива.

- Ты это уже говорила. Но я спросил, можно ли тебе доверять?

- Д-да.

Прекрати, - подумала она. - Черт! Нельзя показывать ему свой страх. Ни малейшего страха.

- Мне можно доверить тебе сходить в подсобку и принести ящик?

- Решать вам.

Он улыбнулся и оглядел ее с головы до ног, и она пожалела, что надела такую облегающую блузку с глубоким вырезом.

- Пожалуй, нет, - сказал он. - Ты женщина. А я бы не доверял женщине, даже если бы она была на коротком поводке и с отрубленными ногами. Ничего личного. Проводи меня. И держи руки по швам. Шевелись.

Она прошла мимо составленных на ночь столов и стульев к кабинету, открыла дверь и подумала о том, не захлопнуть ли ее перед его носом, но это была лишь мимолетная мысль, которую она и не думала всерьез рассматривать, ведь все, что ему нужно, - это деньги.

Она нашла нужный ключ от ящика стола, открыла его, достала денежный ящик и поставила его на стол рядом с принтером и компьютером.

Она повернулась.

А он был так близко. Пистолет был всего в нескольких дюймах от ее груди. Она отшатнулась и больно ударилась бедром о стол. Во рту внезапно пересохло.