- Ты кто, блядь? – голос Бати вибрирует в воздухе альфа-волнами.

Искры летят во все стороны, опасность электризует воздух. Вся кожа у меня покрывается мурашами, а мышцы Зверя становятся твёрже стали.

Вспоминаю то кровавое побоище, когда он Лютого на ринге завалил, и сомневаться начинаю в превосходстве Бати.

- Я к коменданту прибыл по деловому вопросу, - отвечает Зверь, не дрогнув, а затем добавляет вкрадчиво: - К тому, которого убили.

Меня охватывает настоящей дрожью, когда оскал Бати превращается в кривую, издевательскую ухмылку. Такую высокомерную и самоуверенную, будто нет никого, кто способен бросить ему вызов и предъявить за это убийство.

- Какого хуя ты тёлку мою мацаешь? – ревёт он на моего «спасителя», за которого я как обезьянка сзади схватилась.

Хотя Зверь так и держит руки расставленными, так что о мацании меня речи не идёт, разве что наоборот.

- Вот видите, видите? – шепчу я своему спасителю в затылок, вцепляясь пальцами в лацканы пиджака со всей силы, если вздумает меня силой отдирать. – Я вообще-то к Лютому шла, а он меня похитил и грубит! Пожалуйста, очень вас прошу, помогите!

- Ты что, девчонку обижаешь? – вступается мой рыцарь, рискуя вызвать гнев другого альфы.

На долю секунды воздух становится тяжёлым, как перед раскатом грома. В Батиных глазах вспыхивает опасный огонёк.

- Защитничек отыскался, - криво ухмыляется он и встряхивает головой, из которой перья с шелухой летят. – Я бы на твоём месте карманы поберёг.

А, ой.

Тут же сдаю назад, выпуская жертву из хватки. Краснею, когда Зверь оборачивается и окидывает меня убийственным взглядом

По карманам хлопает, и я прямо-таки чувствую приближение своего пипца.

- Это не я! – тут же пищу испуганно, беззащитно разводя руками. – Можете меня обыскать!

- Я ему обыщу! – ревёт Батя зверем, и «спаситель» быстро к нему лицом поворачивается.

- Почему на ней кровь?

Ой, ой.

Опускаю взгляд и вижу вчерашние разводы на блузке. Когда грязный Батя об меня тёрся (или я об него?), я вся перепачкалась в чьей-то крови.

Удобненько.

- Это не её, - шипит Батя с перекошенным лицом, потому что контроль из его пальцев стремительно ускользает.

- Твоя, что ли? – теперь в голосе Зверя сквозит ирония.

К Бате спичку сейчас лучше не подносить: рванёт. Ноздри от ярости раздуваются, на меня лютым зверем смотрит. Лазерами жёлтыми препарирует.

С какой стороны ни покрути, он не в лучшем свете себя сейчас выставил. Либо кровь моя, и он плохой дядя, который девочку мучает. Либо эта девочка его на посмешище выставила.

А нечего было за мной в опилках выбегать! Мне бы всего чуточку форы, и я бы смылась.

- Сама отдай по-хорошему, - предупреждает Батя меня жёстко и на гостя смотрит. – Что пропало-то?

- Да всё.

Мне не нравится, что Зверь ржёт. Из моего потенциального защитника он вдруг превращается в союзника бородатого уголовника.

- Я ничего не брала! – отступать начинаю под двумя давящими взглядами.

- Толкни её ко мне осторожненько, - вкрадчиво просит Батя, и я всё быстрее семеню к лестнице.

Визжу, когда Батя превращается в размытое пятно и огибает Зверя. Взмываю в воздух так неожиданно, что дыхание перехватывает.

Вися вниз головой, не больно-то поцарапаешься, но я стараюсь дотянуться до бородача и нанести ему хоть какой-то вред.

Скулить начинаю, когда из меня вываливаются всякие очень нужные мелочи. Вроде ключиков от машины Зверя, например. Ну, и ещё его бумажника с правами.

Стыдно-то как, блин. Никогда ещё меня так позорно не лишали трофеев, нажитых непосильным трудом.

- Ой, а это моё! – тянусь за цепочкой с медальончиком, который сваливается с шеи и грустно звякает об пол.

кулончик)

Зверь в лице меняется, оно у него будто стальным становится. Поднимает с пола моё украшение и так пристально на меня смотрит, словно рентгеном просвечивает.

- Нам нужно серьёзно поговорить, - теперь на Батю переводит колючий взгляд. – Срочно.

- Ну, пойдём, горе-защитничек, - закидывает меня Батя на плечо и чувствительно прикладывает шлепком по попе. – Все пропажи нашлись?

- Кредитка у неё в трусах, - бесцеремонно сдаёт меня этот мерзкий предатель.

- Бляха! – рычит Батя и резко наклоняется за своими ключами, отчего я взвизгиваю, «падая в воздушную яму».

А в следующий миг меня вжимает в его плечо, когда он так же резко встаёт. От перепадов давления кредитка сама из трусов выскальзывает и летит прямо в руки владельцу.

- Понежнее можно? – ворчу, выплёвывая изо рта волосы и перья с шелухой, которых наглоталась со спины Бати. – У меня рёбра так быстро не заживают!

- Как ты вообще до своих лет дожила и на свободе осталась с такой клептоманией? – издевается Батя, скрежеща в замочной скважине ключами.

Дверь открывает, пропускает Зверя в кабинет, из которого доносится брутальный аромат кожи и дерева.