Эвелин показала ей фотографию из ресторана, где Лауэрбах проводила рукой по волосам Патрика.

— А еще в тот же день после обеда мы встретились в ресторане. — Лауэрбах скривила рот. — Выглядит так, будто мы пара.

— Или будто у вас роман.

— Не было у нас никакого романа. Я притворялась, что меня интересует работа и мне нужна практика.

Эвелин растерянно откинулась на спинку стула.

— И Патрик купился на этот номер?

— Я все-таки актриса. — Она кивнула в сторону остальных дам и съемочной группы. — Обычно я в таких фильмах не снимаюсь, но иногда другого способа заработать просто нет. А стипендию в университете мне не дают.

— И зачем вы выдавали себя за будущего детектива?

— Лауэрбах! — рявкнул кто-то из-за стола жюри через весь зал.

— Сейчас! — хрипло крикнула в ответ Жаклин и коротко махнула боа из перьев.

Потом ее голос снова стал мягким.

— Зачем? — повторила она и наклонилась к Эвелин. — Вы же адвокат. Наверняка уже знаете ответ.

Что-то внутри Эвелин подтвердило слова Лауэрбах. Да, вероятно, она и правда знала ответ.

— Вас наняли, — вслух предположила она.

Лауэрбах кивнула.

— Некий доктор Роберт Константин?

На этот раз Лауэрбах покачала головой.

— Никогда раньше не слышала этого имени.

— Как его звали?

— Он не сказал.

Черт!

Ответ звучал искренне. И тут Эвелин пришла в голову мысль. Она достала мобильный и стала пролистывать сообщения с фотографиями, пока не нашла тот снимок, который прислал ей Патрик: на нем она ужинала с Константином в каком-то заведении.

— Это он?

Лауэрбах посмотрела на экран.

— Да.

— И он поручил вам найти в офисе Патрика определенные документы?

— Нет, он только объяснил, где найти Патрика. Я должна была познакомиться с ним, пойти поужинать и пофлиртовать. Об офисе речи не было.

Может, это еще должно было последовать.

— Когда этот человек вас нанял? — спросила Эвелин.

Та ненадолго задумалась.

— Позавчера.

— Лауэрбах! — снова рявкнул кто-то через весь зал.

— Да, черт возьми, еще минуту! — крикнула она. — Вы жена Патрика?

— Мы живем вместе, — поправила ее Эвелин.

— Патрик славный парень. Мне жаль.

— Ничего. Константин хоть хорошо вам за это заплатил?

— Он мне не платил. — Голос Лауэрбах теперь звучал тихо и виновато.

— Простите?

— Этот Константин только дал мне точные инструкции. Само задание и деньги я получила от другого человека.

— От кого?

— От некоего доктора Фрика. Он хиропрактик; я знаю его по фитнес-студии.

Вот дерьмо!

Эвелин какое-то время молча смотрела на Лауэрбах.

— Вы там одна из пациенток Фрика?

Та снисходительно улыбнулась.

— Я бы себе этого не позволила. Доктор Фрик лечит только… — Она изобразила пальцами кавычки в воздухе. — …эксклюзивных клиентов.

— Могу себе представить. Я с ним знакома.

— Тогда, может, вы знаете и его жену.

Эвелин покачала головой.

— О господи, вот уж особа. Однажды она ворвалась в студию. Они даже руки друг другу в знак приветствия не подали. Думаю, секса у них не было лет десять.

Это Эвелин тоже легко могла себе представить.

— И сколько Фрик заплатил вам за эту работу?

— Три тысячи евро.

Эвелин присвистнула. Константину и Фрику эти фотографии обошлись в кругленькую сумму.

— Я ведь не сделала ничего противозаконного? — тихо пробормотала Лауэрбах.

— Нет, не сделали.

— Вы вызовете меня в суд?

Эвелин покачала головой.

— Дело закрыто, — вздохнула она. — Вы еще поддерживаете связь с этими двумя мужчинами?

— Доктора Фрика я время от времени вижу в фитнес-студии, второго — нет.

— Хорошо. Если вдруг увидите, пожалуйста, не упоминайте, что мы разговаривали. И спасибо за откровенность. Буду держать за вас кулаки, чтобы вы получили роль, хотя уверена, что все получится.

Лауэрбах поднялась.

— И почему же, если позволите спросить?

— Вы хорошая актриса.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 33

Пассауский квартал Хёльгассенфиртель выглядел так, словно сошёл прямиком из Средневековья. Узкие переулки, мощённые грубым булыжником, то взбегали в гору, то срывались вниз, стиснутые покосившимися домами; брандмауэры у самой земли были, пожалуй, в добрый метр толщиной.

В иные квартиры можно было попасть только по наружной лестнице. Переулки то и дело перерезались арками, и под ними между камней сочно пробивался мох.

Среди трактиров, кафе, картинных галерей, гончарных мастерских и лавок старья студия Кваллё смотрелась чужеродно. Впрочем, своему названию она отвечала вполне: в витрине висела большая пластиковая медуза с длинными жалящими щупальцами.

Готов поставить что угодно — в темноте эта штука горит, как неоновая вывеска, — подумал Пуласки.