— Пожалуйста, Уин, без перебиваний. Это и так достаточно мучительно.

— Прости, прости, — Уинтер виновато улыбнулась. — Буду ждать до конца.

Вири, благодарная за тишину, продолжила:

— Легенда гласила, что любой, кто найдет Хранителя, получит «магическое желание» — сокровище несравненной ценности, способное исполнить любую просьбу. Считалось, что никто не сможет добраться до него, чтобы забрать такой приз, потому что даже без угрозы черного тумана Туманный лес постоянно менялся, а путь к башне вечно смещался. Но Хранитель не знал, что один из его собратьев-магов оставил после себя магическую карту, ведущую к его местоположению, вместе с набором талисманов, которые могли защитить от черного тумана, пропитывающего лес. Он также не знал, что эта карта и один из талисманов попали в семью жены и передавались из поколения в поколение, став тем самым способом, с помощью которого её муж мог вернуть свою жизнь.

Вири продолжала расхаживать, не останавливаясь:

— Ведомые картой и защищенные талисманом, трое охотников пробрались через Туманный лес к башне Хранителя. Когда они нашли его, он был обязан честью даровать им по «магическому желанию» — каждому по одному, не больше и не меньше. Муж воспользовался своим сразу же и мгновенно исцелился. Но его жена и их друг решили приберечь свои желания, поэтому Хранитель дал каждому из них по жетону и сказал, что, когда они будут готовы, они смогут вернуть жетоны и озвучить свои просьбы.

— Я никогда даже не слышала о магических желаниях, — прошептала Уинтер, обращаясь к Джонасу. — Мне нравится эта история.

Вири обменялась измученным взглядом с Ривом, чьи губы при этом дрогнули в усмешке. Она сморщила нос, глядя на него, — от чего его губы дрогнули еще сильнее.

— Время шло, — Вири заговорила быстрее, стараясь покончить с этим. — У мужа и жены родился ребенок, и они мечтали о втором, но молодая мать поняла, что больше не может зачать. Тогда она вернулась к Хранителю и использовала свое желание. Её лоно открылось, и на свет появился второй ребенок. Их маленькая семья была счастлива и полна. — Тон Вири стал ниже, когда история начала омрачаться. — Но меньше чем через год случилась катастрофа: их второго ребенка коснулся черный туман. Муж и жена знали, что есть только один способ спасти их драгоценного малыша — им нужно было неиспользованное желание их друга. И в акте отчаяния они украли жетон и помчались обратно к Хранителю со своим умирающим младенцем.

Уинтер сидела на самом краю дивана, сжимая Уолната так крепко, что Джонас, казалось, вот-вот попытается спасти кролика.

— Хранитель был не в восторге, — продолжила Вири. — Желания предназначались по одному на человека, но так как у них был жетон друга, он неохотно согласился удовлетворить просьбу. К несчастью, пока они спорили, черный туман, заразивший ребенка, завершил свою работу, поглотив последнюю искру элликсена, и дитя испустило дух.

Уинтер ахнула:

— Нет!

— Успокойся, Уин, это просто сказка, — закатила глаза Вири. — И не волнуйся — младенец выжил. Магическое желание уже было озвучено, поэтому Хранитель, связанный законами магии, был обязан исполнить просьбу. Он предупредил, что возвращение жизни из смерти потребует огромной цены, и что для этого ему придется привязать ребенка к магии острова, но родителям было плевать, что это значит, лишь бы их малыш был спасен. Хранитель исполнил их желание, дитя было очищено от черного тумана и наполнено элликсеном прямиком из сердца острова… и их маленькая семья жила долго и счастливо.

Вири остановилась прямо перед Ривом:

— Я всё запомнила в точности, как ты хотел, о великий скептик?

Он проигнорировал её сарказм:

— Я очень впечатлен. Золотая звезда тебе.

— Погоди, а что случилось с другом? — спросила Уинтер. — Разве он не разозлился из-за того, что его желание украли?

— История всегда заканчивалась на фразе «долго и счастливо», — ответила Вири. — Я не знаю, что было дальше. И еще раз подчеркиваю: это просто сказка.

Лицо Уинтер стало задумчивым, она погладила кролика по ушам:

— Все сказки берут откуда-то начало.

— Я бы предположил, что друг был в ярости, — сказал Рив, глядя на Уинтер, а не на Вири, словно выискивая что-то в её реакции, но она лишь кивнула.

— Согласна, — добавила Уинтер. — Это предательство высшей пробы.

— Повторяю: это сказка, — твердо произнесла Вири.

— А как ты вообще её услышала? — Уинтер наклонила голову, и её волосы, черные как чернила, рассыпались по плечу. — Хранитель, магические желания — это не общеизвестный фольклор, и всё же ты слышала её как сказку на ночь. Как? Почему?

Вири знала, что пожалеет об ответе еще до того, как слова сорвались с языка:

— Потому что моя семья якобы происходит от тех самых мужа и жены.

Глаза Уинтер округлились.

— Ты родственница того самого ребенка, который был мертв, а потом ожил благодаря особой магии?

Вири покачала головой: