— Ты похожа на новорожденного олененка, который неуверенно перебирает ногами, — сказала Мира, нахмурившись. — Я не видела, чтобы ты сражалась так плохо с тех пор, как была новичком.

Это было жестко, подумала Вири, хотя и недалеко от истины.

И виновата во всем была Уинтер — Уинтер и её дурацкая алхимия.

Воспоминания о том, что произошло прошлой ночью после того, как её притащили в лабораторию Уинтер в нижнем городе, проносились в голове яркими вспышками:

— Я называю это «Зинг-зест». Это эликсир для прилива энергии, — торжественно заявила Уинтер, впихивая в руки Вири пузырек с мерцающей оранжевой жидкостью. — Название отражает суть: жизненная сила и цитрусовый вкус. «Зинг» и «зест» — понимаешь?

— А что не так с обычным кофе? — спросила Вири, подозрительно взбалтывая содержимое флакона.

— Когда я говорю «прилив энергии», я имею в виду настоящий прилив, — подчеркнула Уинтер. — Никакой кофе в мире не ударит тебя так сильно и быстро, как это.

Вири была заинтригована, несмотря на скепсис. Охотиться на жнецов с истощенными запасами энергии опасно, но иногда это неизбежно. Подобный эликсир мог стать разницей между жизнью и смертью.

И все же…

— Как долго он действует? Я хочу сегодня выспаться, Уин.

— Я еще дорабатываю формулу, но эффект должен быстро пройти, — заверила её подруга. — Это просто быстрый заряд, например, на случай внезапного нападения. Выпиваешь — и БАМ! Мгновенная доза адреналина прямо в вены.

Вири доверилась подруге и осушила пузырек. Слова Уинтер подтвердились почти мгновенно — и цитрусовый вкус, и яростное пробуждение каждого нервного окончания в теле. Чистая энергия ударила в неё с такой силой, что Вири показалось, будто она может в одиночку перебить всех жнецов в мире, даже не вспотев.

Однако, хотя действие эликсира и прекратилось через несколько минут, как и обещала Уинтер, Вири осталась с ужасным ощущением дрожи в теле, бешеным сердцебиением, пульсирующей головной болью и лихорадкой — почти как при наркотической ломке. Симптомы стихли лишь настолько, что ей удалось поспать час перед рассветной тренировкой. И в довершение всех бед, единственным комментарием Уинтер, когда Вири в ярости ворвалась в её спальню утром, было: «Любопытно. В следующий раз, когда попробуешь, я подкорректирую формулу».

Вири хотелось чем-нибудь в неё запустить. Вместо этого она в ярости поплелась на встречу с Мирой, подпитываемая лишь раздражением. Но с тех пор гнев давно выгорел, оставив её полуживой и едва соображающей, пока она вяло спарринговала с наставницей.

С другой стороны, сегодня они практиковали лишь безоружный бой, так что ей не грозило истечь кровью от ножевого ранения. Маленькое утешение.

— Если уж ты решила тратить мое время впустую, могла бы хотя бы иметь порядочность предупредить меня заранее, — произнесла Мира, когда Вири не сумела уклониться от очередной простой атаки — быстрого подсекающего движения за колено, которое отправило её плашмя на мат.

— Время — понятие относительное, так что «трата» — вещь субъективная, — выдохнула Вири, лежа на мате, и поморщилась, осознав, что почти процитировала Рива, из всех людей на свете. Она снова поморщилась, увидев выражение лица Миры. — Я хотела сказать… — Вири поспешно вскочила на ноги, пытаясь исправить оплошность, — ты права. Прости, я сегодня не в лучшей форме.

Жесткое выражение лица Миры чуть смягчилось. Она не стала продолжать атаку, а лишь поправила стойку и скрестила руки на груди.

— Говори со мной. Что происходит?

— Ничего. Просто плохо спала.

— Это из-за того, что тебя заперли в архивах? — спросила Мира. — Если бы мы были вчера одни, я была бы более снисходительна.

— Все нормально. Я понимаю.

Мира продолжила, как будто Вири ничего не говорила:

— Ты одна из моих лучших охотниц — я бы предпочла, чтобы ты была на улице, спасая жизни, а не гнила среди бумаг. Но Андерлок находится в ведении Дарика как капитана Nox. У меня были связаны руки.

— Я знаю, — ответила Вири, хотя ей это и не нравилось. — Работа нудная, но от скуки еще никто не умирал. Сомневаюсь, что я стану первой.

— Тогда что тебя беспокоит? — надавила Мира, и её нефритовые глаза заставили Вири замереть на месте. — Ты не просто устала — ты рассеяна. Я знаю разницу. — Она склонила голову набок. — Дело в Эштоне?

Вири слегка вздрогнула, и Мира тут же ухватилась за эту реакцию.

— Я не давила на тебя вчера, когда Дарик был с нами, ведь ты всегда немного его побаивалась…

Вири подавилась воздухом:

— Я не боюсь его! — Она его просто недолюбливала, и только потому, что он не любил её.

— …но мы с тобой достаточно близки, чтобы ты была со мной откровенна. Спорь сколько хочешь, но я знаю: должно быть тяжело противостоять кому-то, кто столь предан убийце твоих родителей.