— Я вам не верю, — прохрипела она.

Существуют ли на самом деле Лорд-Жнец и Диаборос — с этим она разберется позже. Сариэль, Мира, Дарик… кто-то из них должен знать, и если это правда, она будет действовать вместе с ними. Выступление Рива было убедительным, и многое из того, что он сказал, отвечало на вопросы, мучившие её долгое время, но она не могла просто принять его объяснения на веру, не подтвердив их у тех, кому доверяла. А это придется отложить.

Но сейчас ей нужно было сделать кое-что другое, прежде чем она навсегда упустит шанс — миссия, которая поглощала её последние семь лет: свершить возмездие над Жрецом-Жнецом.

Впервые с тех пор, как он убил их родителей, Брэдан стоял всего в нескольких шагах, и она знала: пройдут секунды, и он решит — сражаться или бежать. Она не позволит ни того, ни другого. Все эти годы охоты она мечтала поймать его и бросить в Андерлок, но теперь понимала, что этого будет мало. Смерть была исключена — это слишком легко. Она хотела, чтобы он страдал, чтобы чувствовал ту же боль, что она и другие жертвы, чтобы она пытала его каждый день остаток его жалкой жизни, пока он угасает где-то глубоко в темноте до последнего вздоха. Она не знала, как этого добиться раньше, но теперь перед ней открылась возможность, устоять перед которой она не могла.

Прежде чем кто-либо успел её остановить, Вири повернулась к Хранителю и заявила:

— Я хочу загадать свое магическое желание. Я желаю…

— Мне жаль, Виридия Солейс, — перебил он, и знание её имени заставило её вздрогнуть от удивления, — но я могу исполнить только одно желание на человека, а свое ты уже использовала.

Брови Вири сошлись на переносице.

— Нет, не использовала. Это Рив загадал желание ранее.

— Я говорю не о сегодняшнем вечере, — ответил Хранитель, щелчком пальцев вызывая из воздуха дымящуюся кружку. — Ты использовала свое желание семь лет назад.

Вири нахмурилась еще сильнее.

— О чем вы говорите? Я даже не встречала вас раньше.

Хранитель отпил чаю, выглядя вполне довольным.

— На самом деле, мы встречались дважды. Хотя в первый раз ты была слишком мала, чтобы запомнить. А во второй… — он издал задумчивый звук. — Ну, ты забыла, потому что попросила об этом. Это и было твое желание — и я исполнил его.

27

Шок ударил по Вири с такой силой, что она пошатнулась и сделала шаг назад. А затем еще один. Она удержалась на ногах, едва не споткнувшись о трещину в камне, но не сводила глаз с Хранителя. Она не понимала, что он говорит, но глубоко внутри знала: он не лжет.

Она взглянула на Рива, на Брэдана, и выражения их лиц…

Они что-то знали. И их расширенные от ужаса, бледные лица выдавали: они не хотели, чтобы она это знала.

— Что я хотела забыть? — с трудом выдавила Вири. — И почему?

— Я могу показать тебе, если хочешь, — предложил маг, отпивая из кружки, не замечая, какой шторм бушует в её сознании. — Это было включено в твое желание: если ты когда-нибудь захочешь вернуть свои воспоминания, я их восстановлю. — Он улыбнулся и подался вперед, словно делясь секретом. — Это была моя идея. Ты была тогда слишком убита горем, чтобы придавать этому значение, но я добавил это условие — на случай, если этот день настанет. — Он откинулся назад. — Скажи слово, и ты вспомнишь то, что было забыто.

— Конечно, я хочу…

— Вири, подожди, — быстро произнес Рив, и в его голосе прозвучала паника. Он сократил расстояние между ними и взял её похолодевшие руки в свои. — Подумай об этом. Если ты просила что-то забыть, значит, на то была веская причина. Может, стоит довериться себе прошлой и просто… — Его кадык дернулся. — Просто отпустить это.

Вири вгляделась в его глаза, видя в их серебряных глубинах бушующий шторм, но это лишь укрепило её решимость докопаться до истины. Он что-то скрывал, и скрывал с того самого момента, как они воссоединились — она была в этом уверена. Что бы это ни было, это выходило далеко за рамки его рассказов о Лорде-Жнеце, скрытом городе и предполагаемой невиновности Брэдана в жертвоприношении Авроры. Этот секрет, эта вещь, которую он не хотел, чтобы она узнала или вспомнила, была чем-то совершенно иным.

Вырвав руки из его ладоней, Вири посмотрела на Хранителя и твердо произнесла:

— Я хочу вернуть свои воспоминания.

— Нет, Вири… — начал Брэдан. Это были первые слова, которые он адресовал ей напрямую, но она оборвала его нечеловеческим рыком.

— Не говори со мной, — прошипела она. — Даже не смотри на меня.

Он отпрянул, словно от удара, но затем выпрямился, собираясь возразить. Он замолчал лишь тогда, когда Рив положил успокаивающую руку ему на плечо и что-то прошептал на ухо. Боевой пыл Брэдана угас, он скованно кивнул — то ли Риву, то ли Вири, она не была уверена — но лицо его было искажено беспокойством, а бледно-голубой взгляд устремлен в пол, будто он не мог вынести того, что произойдет дальше.