— Закрыто, — успокаивает её Кэти, снимая машину с ручника и переводя Range Rover в режим движения.

— А может, запоминает номер.

— Кому он в такой час будет жаловаться? У дорожного патруля нет времени гоняться за незаконно усыновлёнными лисами.

И всё же через три мили после трак-стопа они съезжают с межштатной автомагистрали в городок примерно такого же размера, как тот, из которого они вырвались меньше двух часов назад. Улицы тихие, дома тёмные. В переулке делового квартала, пока Либби кормит Майкла Дж. бургером без лука, Кэти отвёрткой из набора инструментов Range Rover снимает номерные знаки и прячет их под водительское сиденье. В жилом районе, пока Либби стоит на стрёме, Кэти снимает номера с машины, припаркованной у тротуара. В тупике грунтовой дороги, ведущей к кукурузному полю, Либби выпускает Майкла Дж. из внедорожника по нужде, а Кэти переставляет украденные номера на Range Rover. Обе боятся, что Майкл Дж. юркнет в ночь и убежит. Но, как и положено хорошему псу из приюта, он сам запрыгивает обратно через пятую дверь. Меньше чем через пятнадцать минут после съезда с трассы они снова на межштатной автомагистрали и катят на запад. Бургеры остыли, но всё равно вкусные. Булочки с корицей и пеканом, запитые горячим чёрным кофе, кажутся доказательством того, что у мира есть смысл — а значит, и будущее.

Новости

В четверг рассвет встаёт редкой, пышной краснотой, и море ночи откатывается от земли, обнажая перед ними огромную равнину с редкими холмиками, распаханную почти до самого горизонта. У Кэти ноют руки от того, как крепко она сжимает руль. Во рту кисло, глаза жжёт, а пугающее расстояние, которое ещё отделяет их от безопасности, отзывается головной болью — прямо над переносицей.

Либби включает радио, перебирает частоты в поисках новостей и наконец находит. Взрыв чудовищной силы уничтожил объект Агентства по охране окружающей среды на Рингроке и поджёг несколько квадратных миль леса с такой яростью, что даже дождь — уже прекратившийся — не смог погасить огонь. Никто из шестидесяти шести человек, живших и работавших на этом уникальном исследовательском объекте, не выжил. По предварительной версии, источник взрыва — газопровод, проходящий по служебному тоннелю системы мониторинга под островом.

— Под Рингроком ведь нет никакого газопровода? — спрашивает Либби.

— Может, и есть. Скорее всего, нет. Но ненавидеть природный газ сейчас модно, так что такая версия зайдёт.

— Если там нет газопровода, какой-нибудь репортёр может об этом сказать.

— Если его вообще кто-то станет слушать. Говорят же, каждый имеет право на свои факты. Тогда что такое правда?

— Но радиация.

— С чего бы радиации быть после взрыва газа? Значит, и проверять ничего не нужно.

— А если потом будет намного больше рака, врождённых пороков и всего такого?

— Пока это всплывёт в статистике, пройдут годы. У них будет куча злодеев, на которых можно всё свалить, и Рингрок среди них не окажется.

— Можно же просто загуглить…

— Ага, через годы, если люди будут гуглить остров Рингрок, они, может, вообще не найдут никаких сведений о взрыве. Кто-то решит, что ничего серьёзного и не было. Другие подумают, что им это приснилось.

— Некоторые будут умнее, — говорит Либби.

— Но большинство умных проберёт холодком, когда они поймут, что этот случай вычистили из всех записей. Они задумаются, как легко и их самих можно стереть — во всех смыслах. И почти все, кроме немногих, решат, что молчание и забвение — лучший ответ на такую силу.

— Нам хватит и нескольких, чтобы всё это вывести на свет.

— Может быть. Интернет — величайшее хранилище знаний в истории. Но когда история хранится в электронных файлах, интернет ещё и очень удобная дыра памяти, где правду можно стереть так же легко, как ложь — проверить по фактам и продать как новую историю.

Кэти сильнее жмёт на газ, и Range Rover гонится за своей утренней тенью, а солнце неотступно преследует их, пока тень машины не уходит целиком под днище.

Губки невидимых тисков

День стоит влажный, не по сезону тёплый, и рои мух рождаются словно по дискредитированной наукой теории абиогенеза.

В Range Rover, с поднятыми стёклами и кондиционером, гонящим в салон прохладный воздух, в углу парковки у супермаркета, они едят толстые сэндвичи из гастронома, завёрнутые в вощёную бумагу, и запивают Pepsi. В багажном отсеке Майкл Дж. уплетает нарезанную индейку и пьёт бутилированную воду из одноразовой алюминиевой формы для запекания, которую Кэти купила в магазине, пока ждала сэндвичи.