— Не могу знать, Арсений Михайлович. Ваш брат после последнего вашего на него покушения никого к себе не подпускает. Близкое окружение тщательно фильтрует. Не подобраться.

— Сука ссыкливая, — скривился я, затем достал из кармана пачку сигарет, подкурил одну и жадно затянулся.

— Что прикажете делать?

— Выследить.

— А дальше?

— Убрать, — произнес я спокойно и жестко.

— Понял, — кивнул мужчина, развернулся и вновь оставил меня одного.

Дождь прекратился.

Мертвая, зловещая тишина кладбища укутала меня в плотный, удушающий кокон, пропитанный горечью и невыносимой болью утраты. Я поднял руку и кончиками пальцев провел по холодному камню, представляя, что глажу свою Милану по щеке.

Пытался уловить хотя бы крошечный намек на тепло. На слабую вибрацию жизни.

Но остался ни с чем. Впрочем, как и всегда...

Но я все же нашел в себе силы улыбнуться моему ангелу. А затем прикрыл глаза и представил, что она стоит рядом. Где-то у меня спиной. Или, быть может, сбоку, недоуменно глядя на кусок камня, который так невыносимо точно передавал ее неземной и до боли прекрасный образ.

И я вновь обманулся этой иллюзией.

А затем прошептал в пустоту просто потому, что был ей это должен:

— Я отомщу за тебя, любимая...

А затем усмехнулся горько и добавил:

— А потом приду к тебе. Обещаю!

***

Чудесные мои!

Добро пожаловать во вторую часть романа «Нам не стыдно»

Усаживаемся поудобнее. Пристегиваемся. Взрываем!

Глава 2 – Эндшпиль

Кирилл

Монотонные движения, заученные до оскомины.

Пристальный взгляд, пытающийся выхватить хоть что-то новое в давно затертых до дыр снимках.

Трепыхающаяся за ребрами мышца, скулящая от перманентной боли, кажущейся уже родной и привычной.

И этот кабинет — точно склеп, охраняющий мое тотальное одиночество.

Вот из чего теперь складывалась моя пустая и никчемная жизнь.

Замершая в точке невозврата...

И честно, мне было плевать, что мое настоящее целиком и полностью состояло из прошлого. Из картинок давно минувших дней, где рядом была ОНА. Девушка, которая была смыслом моего существования — ангелом, ради которого я захотел стать лучшей версией себя. Просто потому, что держать ее за руку должен был настоящий мужчина, а никак не подонок, что мелочно вознамерился отомстить врагу за ее счет.

Теперь моя Милана была на небесах. Вот уже три с половиной года.

Я же гнил заживо, смотря на снимки, где мы были так счастливы.

Домик у озера.

Пирс, на котором мы провожали закат, обнявшись крепко-крепко...

Баня, где густой пар обволакивал нашу распаренную от жара кожу.

Она смеялась звонко. Ее глаза горели светом. Длинные белокурые волосы трепал осенний ветер. А я стоял рядом и обнимал ее. Еще пока живой. А не полуразложившийся труп, в который меня превратила ее утрата. И каждый чертов раз, глядя в ее глаза на этих последних снимках, меня пробирало до костей мучительное осознание — Миланы больше нет.

Совсем нет.

Нигде.

Потому что мы ее убили!

Суки!

Ебаные озлобленные чудовища!

И я был одним из них. И плевать, что потом все перевернулось с ног на голову. Главное оставалось неизменным — я ведь действительно хотел просто использовать ее и списать в утиль. Будто бы эта девочка не была лучшей из лучших...

Я ненавидел себя.

Я ненавидел своего брата.

И клянусь, я убил бы его. Убил! Если бы знал наверняка, что ад существует и его черную, прогнившую до основания душу на самом деле будут жарить бесы на вечном огне чистилища. А так...

Пусть сука живет. И мучается вместе со мной!

— Кирилл Михайлович, к вам Заболоцкий и Давыдов. Пустить? — голос секретаря прозвучал из селектора разрывной пулей, но я даже не вздрогнул.

Лишь обреченно выдохнул и нажал на кнопку. А затем коротко отдал приказ:

— Пропусти.

Вот оно — мое спасение.

Я полностью переключил себя на работу. Загонял тело как ломовую лошадь. Сделки, заводы, цифры — мое состояние росло быстрее, чем я успевал его осмыслить. Бабла было — хоть жопой жуй. А толку-то? Душевная пустота не заполнялась нулями на счетах. Она только ширилась и планомерно меня уничтожала.

И в то же время давала надежду на искупление...

Всего через пару секунд я уже смотрел на своего зама и начальника службы безопасности. Первый сразу начал трещать без умолку, а я пытался постичь смысл того, что он мне вещал. Напрасно. Мой мозг был под завязку пропитан любимой девушкой и тоской по ней. Какой нахуй может быть бизнес и контракты, когда я подыхал без нее?

— Так что, дело в шляпе. Новосибирск готов. Все документы согласованы. Можем выходить на сделку, Кирилл Михайлович. Мы их дожали по условиям. Все, как вы и хотели.

Я хотел? Очень смешно…

— Я против, — сухо отчеканил человек, который головой отвечал за мою собственную жизнь.

— Илья, осади, — скривился я, но мужчина отдал короткий приказ моему заму оставить нас наедине.