Эти её Марина и Серёжа, бляха. Она эскортница, которая мечтает поймать богатого мужа, а он — папин еблан, который просырает бабки только так. Раньше я терпел их, потому что с ними дружит Ева. Но сейчас от одной мысли, что мне придётся деградировать с этими ебланами, меня буквально разрывает изнутри. Ещё и дегустация в темноте — там я не съебу никуда поговорить по телефону. А шампанское мне ни в какой хер не упёрлось.

Я сжимаю руль так, что костяшки белеют. Ева продолжает говорить, но я уже не слышу её слов. Я вижу только одну картинку перед глазами Айлин.

— Ренат, ты меня слушаешь? — голос Евы пробивается сквозь шум в голове.

— Да, — говорю на автомате.

— Что скажешь насчёт плана? Если у тебя ещё будет свободное время в обед, то мы бы могли зайти в бутик и выбрать нам подходящие наряды.

Что я скажу? Что в секунду меня всё это заебало и я готов выйти из тачки и просто пиздовать куда-то. Только бы никто не бухтел у меня над ухом.

И это пиздец как херово. А в голове звенит "слабак".

Сука, ну какая же сука.

— Не уверен, что у меня завтра будет время в обед и вечером. Мне нужно решить важный вопрос. И он может занять много времени.

Ева тут же окидывает меня обиженным взглядом.

— А его нельзя отложить? Премьера фильма не каждый день.

— Ты можешь пойти с друзьями, а я подъеду, как только освобожусь.

Выжимаю газ, снова обгоняю тачку. Нарушаю правила. Но так хоть немного ярость сгоняется.

— Ренат... всё нормально? Ты стал странным ещё на ужине. Тебя что-то напрягло? Ты же знаешь, что можешь мне всё сказать.

Её рука скользит по моему колену. Поглаживает. И раньше это правда успокаивало. А сейчас... вообще не срабатывает.

— У меня проблемы на работе. И сейчас мне нужно ехать их решать.

Выпаливаю на эмоциях.

— Значит, ты не останешься у меня с ночёвкой?

В голове Евы слышится разочарование. Но если я у неё останусь его будет ещё больше. Мне нужно разобраться с собственным дерьмом в голове. Не впутывая её.

— Прости, малыш, не сегодня.

Она громко вздыхает. А я успокаиваю себя тем, что это не совсем пиздеж.

Мне срочно нужно ехать в СИЗО. Потому что сделка, над которой я работал столько времени начала идти по пизде. И всё из-за одного упёртого козла, который не принимает отказы.

Якуб даже из тюрьмы устраивает мне проблемы. И после того, как я отказался принимать участие в его мутных схемах, он начал вставлять мне палки в колёса. Нужно было Бешеного слушать, который говорил, что зарываться с таким как Якуб не вариант.

Я же сделал по-своему и сейчас разгребаю последствия.

— Может, после работы приедешь? У тебя есть ключи от моей квартиры, — Ева переходит на соблазнительный тон, — прокрадёшься ко мне под одеяло, и я помогу тебя снять напряжение?

Предложение и правда неплохое. И я бы так и сделала в любой другой день. Но после сегодняшнего я чувствую себя сволочью, а это чувство мне совершенно чуждо. Потому что я всегда был уверен в своих поступках. Эмоциональные порывы совершенно не в моём стиле. Но сегодня... я сорвался.

— Если останутся силы.

Ева понимает, что такой ответ означает отказ. Поэтому из машины выходит даже меня не поцеловав. А я не выхожу следом, чтобы провести её до подъезда. Сука! Какого хера происходит?!

Я выхожу из тачки, и холодный воздух обжигает лицо. Прислоняюсь к капоту, достаю сигарету, закуриваю. Я делаю глубокую затяжку, чувствуя, как дым наполняет лёгкие.

Я знаю причину всего этого. У неё даже имя есть. Айлин.

Глава 20.1

Зажмуриваюсь до звёздочек в голове, когда в дверь ванной комнаты стучат. Господи, стыд накрывает настолько сильно, что, мне кажется, у меня даже колени дрожать начинают.

Арсений явно не рассчитывал на такой исход ситуации. Он вёз к себе домой весёлую, сексуальную девушку, а получил истеричку, которая закрылась в ванной и, скорее всего, испортила ему весь вечер.

Я сжимаю пальцы на краю раковины, смотрю на своё отражение в зеркале — красные глаза, размазанная тушь, бледное лицо. Я выгляжу так, будто меня переехал грузовик. И я понятия не имею, как выйти к нему и смотреть в глаза после того, что случилось.

— Айлин, с тобой всё хорошо? — его голос звучит мягко, обеспокоенно, и от этого мне становится ещё хуже. Он не злится. Он не раздражён. Он просто волнуется.

Я делаю тихий вдох и выдох. Ну тот факт, что я не смогу сидеть в этой ванной комнате вечно, неоспоримый. От позора до старости скрываться за дверью не выйдет.

А значит... мне всё-таки придётся выйти к Арсу. И честно? Я понятия не имею, как ему это всё объяснить так, чтобы он захотел со мной хотя бы здороваться при встрече. За всё остальное я вообще молчу.

— Да, я сейчас выйду, — выдаю я в ответ и тут же открываю кран с холодной водой.

Я умываюсь, чувствуя, как ледяная вода обжигает кожу. Промокаю лицо полотенцем, смотрю на себя ещё раз. Не идеально, но лучше. Намного лучше. По крайней мере, я не выгляжу так, будто только что развалилась на части.

Через минуту я всё-таки заставляю себя провернуть замок и открыть дверь.