— Я...

— Оглядись вокруг, дочь. Миром правят бабки и власть — и у кого этого добра больше, тот сильней. А ваш этот дядька, который сидит на облаке и сортирует на «принято» и «отложено» чужие молитвы, тут совершенно ни причём.

— А как же любовь, мам?

— Себя люби, глупая, — взлохматила мне родительница волосы на макушке и весело рассмеялась, — этого вполне достаточно, чтобы быть счастливой.

А я вдруг почувствовала в душе такой сумбур, что все же решилась задать матери мучивший меня вопрос. Ну еще и потому, что должна была знать правду.

— Именно поэтому ты дядь Мишу увела у беременной жены, да?

— Откуда ты...? — тормознула мама посреди торгового центра, а потом со злым прищуром на меня посмотрела.

— Слуги, — пожала я плечами, хотя внутренности уже завязались от страха в тугие морские узлы.

Я за всю жизнь столько не солгала, сколько за последние полчаса.

— Понятно, — закатила глаза мать. — первый раз слышу этот бред, но даже если и так, то Нина не от Миши залетела, дочь. И вообще, хватит уже об этом. Я тебе говорила, что никого из семьи не уводила, потому что там и семьи уже давно не было. Да и Миша не бычок на веревочке, чтобы его просто взять и куда-то там увести. Пф-ф-ф, челядь слушать — себя не уважать. Они все просто мне завидуют, вот и болтают всякое.

— М-м ..., - потянула я, но все же допустила мысль, что не все может быть так чисто в этой истории.

Мама ладно стелет.

Арсений красиво поет.

У каждого своя правда, каждый заинтересован, чтобы перетянуть на себя одеяло. И только одно сейчас было на стороне братьев Ремезовых — они мать не топили во взаимных претензиях. И планов по ее свержению не строили. Не пытались оставить ее с голым задом. А на ненависть они имели право.

В конце концов, в этой мясорубке пострадал их самый родной человек.

Но вот как понять, кто из них говорит правду? Хороший вопрос...

Да и надо ли мне в эти тайны мадридского двора погружаться? Мне бы год как-то продержаться в этих стенах, а там уж Димка приедет и меня спасет. А там уж нам никакие миллионы будут не нужны.

Так-то с милым рай и в шалаше.

Все эти мысли крутились в моей голове, пока мы ехали с мамой домой. И я откинула от себя печали, понимая, что родительница своей излишней обо мне заботой лишь хотела сделать лучше, а не обидеть.

Все же она не знала, насколько серьезные отношения были у нас с Димкой. Ну, положа руку на сердце, я и сама не могла это оценить до недавнего времени. Шелехову я еще с десятого класса нравилась. С тех самых пор, когда у меня наметилась талия и наросла грудь, он ходил за мной по пятам.

А я все оценить его ухаживаний не могла.

А потом, незаметно для самой себя, сменила гнев на милость. Всего полгода назад. И закрутилось. Но окончательное понимание, что у нас все серьезно, пришло только тогда, когда нам с парнем разлучиться пришлось.

На целый год! Ужас...

— Боже, какая я голодная, — простонала мать, заканчивая свой бесконечный монолог, который я совсем не слушала. А между тем мы обе бы не заметили, как добрались до фешенебельного коттеджного поселка, в котором жила семья Ремезовых.

— Я тоже, — кивнула согласно маме.

— Мы как раз успели до ужина. И кстати, сегодня великий день. Этих двоих монстров, Кирилла и Мефодия не будет дома до завтра. К мамаше своей умотали. Так что, поедим без изжоги.

— М-м..., - подала я голос просто потому, что мне было нечего сказать по этому поводу.

В душе зияла какая-то безумная усталость. А еще хотелось домой. К бабушке. Обнять ее и почувствовать родной запах ванильной выпечки. А не вот это вот все, где все провонялось интригами, скандалами и расследованиями.

Да и за обеденным столом легче не стало, потому что мама и дядя Миша, уже не стесняясь, принялись обсуждать возможные кандидатуры в мужья по мою душу. У одного отец генерал. У второго — нефтяной король. У третьего — папа футбольным клубом владеет. Четвертый — сын крупнейшего в стране инвестора.

Меня затошнило.

— Милана, — не обращая внимания на мой зеленый цвет лица, наконец-то обратился ко мне напрямую мамин муж, — а тебе кто больше нравится? Выбирай любого.

И я уже было открыла рот, чтобы еще раз напомнить про моего парня — Диму Шелехова, как в столовую неожиданно ворвались Арс и Кир. И последний из них бодро выдал:

— Пап, ну как тебе не стыдно? Нас под венец не спихнул, так на девочку беззащитную накинулся. Нехорошо, так-то!

И мне весело подмигнул.

Боже!

Глава 7 – Защитники

Милана

— Вы же у Нины собирались сегодня остаться, разве нет? — нахмурился дядя Миша, а мама и вовсе недовольно поджала губы. Весь ее вид говорил только об одном: она органически не переваривала своих пасынков.

— Да вроде бы нет, пап, — легко пожал плечами Кир.

— Точно нет, — развел руками Арс.