— Перестань, — отмахнулась я, прижимая ладошки к пылающим щекам.

— Ладно, я тебе про себя всю подноготную рассказал, теперь твоя очередь. Парень-то есть?

— А вот и есть, — кивнула я, улыбаясь при воспоминании своего Димы.

— Любишь его?

— Очень! — без промедления выпалила я.

— Познакомишь нас?

— Зачем? — нахмурилась я.

— Должен же я знать, с кем встречается моя сестра.

— Ах, ну да..., — кивнула я, принимая его резонное пояснение.

— А вообще, я очень рад, Милаша.

— Чему? — прикусила я губу.

— Тому, что мы обсуждаем твою и мою личную жизнь. Вот видишь, мы уже почти лучшие друзья! Правда, ведь здорово, м-м?

Парень снова рассмеялся, а я смотрела на его дурашливый вид и качала головой, чувствуя на душе одновременно грусть за его родителей, стыд за свою мать и легкость, что в этом доме у меня не появился враг. Я о большем и мечтать не смела.

Думала, что парни будут волками смотреть на меня. Вот же глупая...

Осталось теперь только наладить общение с Кириллом, и вообще можно расслабиться. А там уж спокойно учиться.

Что же до взрослых?

Ну, пусть сами разбираются. У нас они совета не спросят, а мы им не в праве ничего советовать. Не послушают же. Так что толку негодовать по поводу того, что они натворили делов?

— Ладно, картинка, — поднялся с моей кровати Арсений, — приятно было с тобой поболтать, но мне пора.

— И мне с тобой, — мило улыбнулась я.

— Тогда, может, сходим как-нибудь в кино вместе?

— Но мама, она ведь..., — замялась я.

— А мы ей ничего не скажем. Пусть наша дружба станет нашим маленьким секретом, ладно?

— Но...

— Кино, Милаш? Да или нет?

Ох, черт!

— Я подумаю, — уклончиво ответила я, не собираясь при этом соглашаться на приглашение. Но и отказываться сразу было бы глупо, ибо я очень не хотела так сразу портить отношения, что столь быстро устаканились с одним из братьев Ремезовых.

Видит бог, я не желала ни с кем в этом доме воевать, только жить мирно.

— Отлично, — подмигнул мне Арс.

И скрылся за дверью, оставляя меня хмуриться и недоуменно кусать губы.

О боже, он сказал, что я красивая...

Глава 6 – Ать-два! Левой, правой...

Милана

До первого учебного дня в институте в запасе у меня оставалась всего неделя. А мне нужно было столько всего еще успеть купить: канцелярию, но главное — медицинский халат.

Я ведь буду учиться в медицинском, на педфаке! И на бюджете!

И да, совсем скоро, всего-то лет так через шесть, я уже смогу применять свои знания на деле в ординатуре. Но! Если повезет с практикой, то уже в конце этого учебного года я встречу своего первого пациента и чем-нибудь ему, да помогу.

Круто же?

Не то слово!

И такая я была всем этим окрыленная, что совершенно позабыла о том, что мне про маму рассказал Арсений, ведь уже на следующий день после этого разговора она повезла меня в какой-то модный специализированный магазин, где собиралась накупить ворох медицинских халатов и костюмов, но не простых, а с подвыпердвертом.

От итальянских дизайнеров!

Что я бы еще в них понимала?

Мама заставляла меня примерить то один хрустящий наряд, то другой. Про шапочку не забыла и сменную обувь, чтобы получился самый модный комплект. Я же только смиренно терпела ее советы и даже не думала протестовать против такого самоуправства.

Да что там? Мне вообще было все равно!

Это же мама — та самая дорогая сердцу женщина, что так редко появлялась в моей жизни и о времени с которой, я так мечтала. Долгие годы я только и загадывала у Дедушки Мороза, чтобы просто побыть с мамой подольше. Чтобы она вернулась ко мне из далекой Москвы не на несколько дней.

Чтобы осталась со мной рядышком навсегда!

Нет, я любила бабушку всем сердцем, но маму ведь никто не заменит.

Так и жила, от лета и до зимы, в ожидании двух приездов родительницы, молясь, чтобы ничего-то у нее не сорвалось. Помню, несколько раз так бывало, что мама уже накануне своего прилета сообщала, что планы изменились или вовсе рухнули из-за какого-то форс-мажора. А я потом рыдала всю ночь в подушку, потому что так отчаянно по ней скучала.

Однажды мама даже забыла поздравить меня с днем рождения. Позвонила лишь на следующий день и рассказала душещипательную историю о том, как все обстоятельства сложились так, что помешали ее звонку.

Я верила. А вот бабуля недовольно кривила губы.

Она ведь и в Москву к маме меня отпускать не хотела, считая, что младшая дочка у нее не удалась. Две старшие стали степенными матронами, замуж вышли, детей нарожали в браке, а эта все фестивалила до потери пульса по столицам, да денег легких искала.

Вот и нашла.

Но я гнала от себя эту тухлые мысли. Главное — теперь мам рядом и дарит мне свое тепло, а люди так-то все ошибаются. Разве первая она и последняя, кто по дурости и подростковой любви ребенка родила? Нет!