Пространство лопнуло. Перед опешившими героями возникла высокая, литая фигура Чарльза. На нем не было привычного украденного костюма бэтмена — обнаженный торс, вздувшиеся узлы жил и неестественно бледная кожа. Но страшнее всего были его глаза, что полыхали фиолетовым цветом. Во взгляде мужчины не читалось ни капли прежнего расчетливого разума.

Рефлексы сработали быстрее мыслей.

Пальцы Барбары судорожно сжали холодный металл талисмана Кролика. Артефакт, оставленный ей тем же самым монстром перед уходом, отозвался мгновенной вспышкой кинетической энергии.

Мир вокруг замер, провалившись в тягучий кисель замедления в несколько тысяч крат.

Сквозь застывший воздух Барбара увидела, как от ступней Чарльза во все стороны расходится гравитационное кольцо. Черные, искривленные волны пространственного искажения сминали мебель, крошили титановые балки перекрытий и выбивали бронестекла зала заседаний. Плотность этого поля была такой, что приблизиться к мужчине не смог бы даже Супермен, что уже и было доказано в Готэме.

Думать о драке было поздно. Башня погибала. В жилых и технических отсеках оставались сотни людей.

К счастью, члены Лиги среагировали практически синхронно. Для Кларка, Барри, Дианы и Артура сверхскорость была базовым состоянием. Стоило гравитационному удару коснуться стен, как золотистая молния Флэша расчертила коридоры, выдергивая из комнат техников и лаборантов. Кларк и Диана сгребли Виктора и других соратников, не способных двигаться на сверхскоростях, и единым рывком пробили аварийные выходы, унося людей наружу.

Эвакуация станции заняла меньше секунды.

Хэл среагировал последним, но сработал идеально. Отпрянув от эпицентра вспышки, он вскинул руку с кольцом, выжимая из него всю доступную мощь. Изумрудный свет ударил из камня, формируя вокруг обреченной Башни колоссальный многослойный купол толщиной в несколько десятков метров. Барьер намертво запечатал здание внутри себя, не позволив разрушительной волне выплеснуться и распространиться на остальные кварталы города.

А внутри зеленой сферы разверзся ад.

Башня Лиги Справедливости — шедевр земной инженерии, цитадель, рассчитанная на прямое попадание метеоритов, — перестала существовать в считаные мгновения. Ее не взорвало. Гравитационный смерч просто перетер тысячи тонн армированного титана и сверхпрочных сплавов в однородную пыль, закрутив обломки в ревущую воронку.

В самом центре этой мясорубки, зависнув в воздухе, парил Чарльз. Он широко раскинул руки в стороны, запрокинул голову и издал торжествующий рык:

— Наконец-то! Свобода!

Барбара зависла на изумрудной платформе, которую Фонарь оперативно развернул под ногами эвакуированных героев, и ее мысли лихорадочно метались, складывая куски мозаики.

Что это значит? Он был заперт? Все эти месяцы его держали внутри тела уборщика, как в живой тюрьме?

Но если это так, почему первым делом после освобождения он обрушил всю свою ярость на них? Зачем уничтожать Башню и убивать техников, которые не причинили ему вреда?

Память услужливо подкинула кадры разрушения Готэма. Тогда, превращая мегаполис в руины, Чарльз методично эвакуировал всех живых в свое теневое измерение, прежде чем стереть центр города с карты. Он был беспощадным, пугающим, расчетливым ублюдком, но никогда не опускался до бессмысленной бойни ради бойни. Он не упивался агонией невинных.

Или… все это было лишь искусно выстроенной маской? Неужели теперь, сбросив последние оковы, он наконец явил свое подлинное лицо?

Каждый новый вывод выходил страшнее предыдущего.

Она коротко кивнула Хэлу, подтверждая, что держится на ногах. Джордан, тяжело дыша, удерживал в воздухе купол и зелёные диски, не позволяя соратникам опускаться на поверхность — все помнили о способности Чарльза затягивать противников в теневые проколы под ногами.

Пора было брать командование на себя. Как Оракул, как координатор, способный видеть переплетение вероятностей, Барбара должна была нащупать единственную тонкую тропу, ведущую к спасению.

Она сфокусировала взгляд на фиолетовых глазах парящего безумца. Нити вероятности вокруг него снова пришли в норму. Зацепив одну из ключевых ветвей — «сосредоточиться на внешнем куполе», — Барбара потянула за нее ментальным усилием.

Шанс того, что взбесившийся монстр решит пробить изумрудную преграду Фонаря, прежде чем броситься на них, резко подскочил. Нужно было выиграть время, чтобы Кларк и Диана успели зайти с флангов…

Хруст.

Звук был сухим, оглушительным и абсолютно неожиданным.

Вспышка нестерпимого белого света ударила по глазам, заставив Барбару зажмуриться. Защитный купол Хэла, рассчитанный на сдерживание сверхновых, с жалобным стеклянным звоном разлетелся на миллионы мелких осколков, которые тут же растаяли в пространстве.

Но барьер пробили не изнутри.

Чарль по-прежнему висел в центре воронки. Он замер с полуопущенными руками и теперь сам задрал голову вверх, глядя на то, что только что проломило защиту Лиги снаружи.

— Свобода? Боюсь, это ненадолго, приятель, — раздалась насмешка, которая смутно показалась знакомой.

Барбара проморгалась, и ее дыхание перехватило.

В воздухе, над развалинами Башни стоял человек.