Из пены выросла тяжелая, зубчатая корона, похожая на сплетение кораллов и щупалец. В огромной руке материализовался циклопический трезубец, сотканный из спрессованного льда и темной энергии. Тяжелые, невероятно плотные очертания тела возвышались над океаном на добрую сотню метров.

Без малого, Бог Морей внушал. Эпично, не поспоришь.

Но одновременно с этим процессом конденсации колоссальное давление на набережную Гэйтвей-Сити упало окончательно. Посейдон забрал воду для своего аватара. Леви стало куда легче разбирать остаточный, ослабевший накат волн. Пришлось коротким мысленным импульсом приказать фамильяру сосредоточиться на спасении береговой линии и людей, ибо там сейчас и происходила основная спасательная активность.

Между мной и Богом не осталось никого и ничего. Только мои силы, мой меч и мои решения.

Проклятье всё ещё не спало окончательно, что было неудивительно — ибо поговорили мы не то чтобы много для такого калибра угрозы. Поэтому, без чёткого намерения нанести физическую атаку прямо сейчас, я, покрепче ухватившись за рукоять Экскалибура, мысленно обратился к духам рыцарей круглого стола, запечатанным в клинке.

Не знаю, насколько хорошо Посейдон был посвящен в детали уничтожения его ручного монстра Тетрацида, но факт того, что самоуверенная улыбка на его водяном лице вдруг замерла и стала жесткой, не укрылся от моих глаз. Он почувствовал ауру меча.

Бойся. Бойся, мудак. Учитывая, какой жирный Билет я за тебя получу, именно ты являешься жертвой в этой пищевой цепочке, а не я!

— Действительно не испугался и вылез. Похвально, — картинно воскликнул я, разводя руками, — Может быть, перед смертью ты ещё и раскроешь тайну, за что конкретно решил уничтожить этот невинный город? — свободной рукой я небрежно махнул себе за спину, указывая на Гэйтвей-Сити.

Тем временем в подсознании я таки достучался до Рыцарей Круглого Стола с четким, транслируемым намерением: «Тревога! Наших бьют! Высшая угроза! Нужно ответить!».

И, собственно, мне ответили. Первая печать — «Битва ведётся против того, кто сильнее тебя» — сравнив наши с Посейдоном базовые энергетические сигнатуры, с легким звоном спала без лишних вопросов. Бог, он и в Африке Бог. Поэтому по чистой, сырой энергетической мощи этот водяной мудак превосходил меня многократно. Даже его мертвая зверушка Тетрацид превосходила меня по чистым статам…

— Жалкие смертные не вправе требовать объяснений от Владыки Океанов! Вы существуете лишь по моей милости! — насмешливо и высокомерно ответил Посейдон, взмахнув трезубцем. С точки зрения проклятья и его искаженной логики, такой ответ тоже имел право на существование и засчитывался как продолжение диалога.

Выдержав короткую паузу, я мысленно фиксировал, как сразу за первой, была снята и вторая печать. «Бой один на один». Я против Посейдона. На горизонте и радарах Нигмы, кажется, других Божков пока не предвиделось, поэтому меч тут тоже противиться не стал. Второй щелчок отдался теплом в ладони.

Главное сейчас — чтобы этот морской мудак не сорвался с цепи и не напал раньше, чем я распакую хотя бы первую семерку печатей. А так как распаковываю я их не в процессе активного боя, а в процессе философской беседы, выходит, что это, своего рода, «подготовительная» разблокировка оружия прямо перед носом врага, из-за чего процесс несколько затягивался. Приходилось тянуть время.

— Серьезно? То есть ты вылез из своей лужи лично передо мною только ради того, чтобы ничего не объяснять? — я насмешливо приподнял бровь. — Просто пришел стереть с лица земли несколько миллионов душ, показать мне, какой ты большой, красивый и мокрый, а потом пафосно уйти в закат? Мелковато для Бога.

Нет, реальную цель этого мудака я знал и без его откровений. Диана. Амазонка, которая вдруг посмела свободно ходить по миру смертных и ломать статус-кво. Чему Боги Олимпа по какой-то причине были очень недовольны. Неужто из-за того, что сами они в этом мире жестко ограничены в правах и прямом вмешательстве? Это вполне в духе лора DC, даже столь извращённого, как эта Вселенная. Какой-нибудь Серебряный Город или старые договоры вполне могут следить за балансом сил на планете.

Но судя по тому, что Посейдон сейчас открыто проявился здесь, устроив цунами, слежка эта периодически может спадать, или он нашел лазейку. А может, все Боги Олимпа прямо сейчас в едином порыве активно прикрывают своего морского братца от всевидящего ока Присутствия и его ангелов, создавая ему окно для убийства?

Ладно, гадать не буду. Политика высших сфер меня сейчас пока не волнует. Мне ещё печати открывать.

— Божественное наказание не требует понимания! Оно должно быть исполнено! — яростно пророкотал бог, взбивая трезубцем пену.

Тем временем третья печать — «Битва не против феи или стихийного элементаля» — и не думала поддаваться, упрямо мерцая в сознании закрытым замком.