— Виктор… — Кларк сам удивился тому, что произносит этот абсурд вслух, но мысль прочно засела в голове и отказывалась уходить. — Насчет катания на пьяной корове в Англии… Это он просто пошутил, чтобы сбить меня с толку?

В эфире повисла короткая, загрузочная пауза в полсекунды.

— Это правда, Кларк, — ровно ответил Киборг. — Закон о лицензировании от 1872 года…

Супермен стоял на крыше, слушая шум города с лекцией Виктора, и чувствовал, как у него начинает болеть голова. Человечество было неисправимо.

36. Птичка в клетке

«…Мы продолжаем нашу специальную серию репортажей из охваченного паникой Готэма. Прямо сейчас наша съемочная группа находится в паре кварталов от Фокс-парка — эпицентра сегодняшнего утреннего кошмара. Представитель Лиги Справедливости, чьих героев очевидцы массово фиксировали на месте событий, дал короткий пресс-релиз, официально подтвердив, что за серией беспрецедентных терактов стоял картель злодеев: Джокер, Пугало и Загадочник. На данный момент, по заявлениям Лиги, каждый из них нейтрализован и не представляет угрозы для города. Однако от комментариев по поводу просочившихся в сеть кадров боя Аквамена с неким мужчиной, известным в сети как «Чарльз Киркман», представитель Лиги отказался. Подробности по личности самого Киркмана также не раскрываются. Кроме того, десятки очевидцев сообщают, что видели над руинами парка гигантский футуристический истребитель, но ни одной четкой видеозаписи в нашу редакцию до сих пор так и не поступило…»

— Бармен. Виски. Односолодовый.

Голос был звонким, очевидно мальчишеским. Он прозвучал настолько внезапно и буднично, что бармен вздрогнул всем телом, едва не выронив дорогой хрустальный бокал, который полировал последние десять минут. Он резко переключил внимание с бормочущего пузатого телевизора на стойку.

Там сидели двое.

Бледный, почти фарфоровый мальчишка лет двенадцати, одетый в обычную, чуть мешковатую толстовку и джинсы. А рядом с ним — очень красивая, но такая же нездорово бледная рыжая девушка, которая, как и сам бармен секундой ранее, с легким интересом пялилась в экран телевизора.

«Кто? Откуда, мать вашу? Когда успели?!» — несколько панических мыслей пронеслись в голове бармена со скоростью готэмского экспресса.

«Айсберг Лаунж» был элитным ночным клубом, заведением Освальда Кобблпота известного в криминальных кругах Готэма как Пингвин. Сейчас был обед. И хотя клуб всегда оставался открытым «для своих» даже в дневные часы (именно поэтому он и торчал за стойкой, натирая стекло), эти двое совершенно точно не были «своими». Они вообще не вписывались в интерьер из резного красного дерева и ледяных скульптур. И выглядели они… странно. Как два призрака, заглянувшие на утренний кофе.

«Они как-то связаны с боссом? Как они вообще прошли через внешний кордон? Может, их пропустили на входе? Но почему рация молчала, почему меня не предупредили? И почему я не слышал скрипа входных дверей?!»

Годы работы на Пингвина выработали в нем отличные рефлексы. Рука бармена, скрытая от гостей поверхностью стойки, сама собой, медленно и плавно, потянулась к скрытой кнопке экстренного вызова охраны.

— Мне повторить заказ? — мальчишка слегка наклонил голову. Его абсолютно черные, бездонные глаза скосились прямо на невидимую под стойкой руку. Он раскусил его намерения за долю секунды. — Виски. На базу. Быстро.

В этот самый момент по бармену ударило это.

Словно кто-то открыл дверь в морозильную камеру морга. Концентрированная, первобытная волна абсолютного, парализующего ужаса обрушилась на него, придавив к полу. Это был не просто страх перед боссом или пушкой у виска. Это был животный ужас добычи перед хищником. Бармен на одних рефлексах, с тихим хрипом, отдернул руку от кнопки вызова, словно она раскалилась добела.

Его тело начала бить крупная, неконтролируемая дрожь. По ощущениям, еще пара секунд этого ментального пресса, и он бы просто напрудил в свои брюки прямо тут, начав визжать, как должники Пингвина, которым ломали колени в подвале. Воздух в легких заледенел.

— Н-но ты… в-вы, — голос предал его, сорвавшись на жалкий писк. Мозг, пытаясь найти хоть какую-то логическую соломинку в этом море ужаса, выдал самую абсурдную фразу из всех возможных, — Вы н-несовершеннолетний, сэр.

Мальчишка приподнял бровь. На его бледном лице отразилось искреннее недоумение.

— Серьезно? В этом блядском заведении это вообще кого-то ебёт? — резонно возразил ребенок.

Бармен покорно, как китайский болванчик, закивал. Моторика работала сама по себе. Трясущимися руками он схватил ближайший рокс и, расплескав добрую треть мимо, налил в него порцию янтарной жидкости из бутылки, стоявшей на столешнице.

Спустя пару секунд стакан, отправленный привычным, профессиональным скольжением по полированному дереву, затормозил ровно перед мальчишкой.

Тот не стал пить. Ребенок хищно оскалился, обнажив идеально ровные, белые зубы.