Еще около двух часов плотной работы ушло у меня на то, чтобы прописать все узлы мезо-петель. Распределить выдачу новых растений и появление новых видов зомби по уровням, добавить по две отвлекающие, расслабляющие мини-игры каждые пять петель и распределить по этим играм экономические бонусы в виде доступа в магазин или к древу мудрости.

Основой эскалации для сессионного удержания стал переход между локациями.

День, Ночь, Туман, Бассейн, Крыша. В детстве все это воспринималось как часть большого, связного игрового мира и часть абсурдного сюжета. Мол, сначала зомби пытались пробиться с переднего двора днем. Затем попробовали ночью. Потом пораскинули остатками гнилых мозгов и решили штурмануть задний двор с бассейном, и, наконец, в отчаянии полезли на крышу.

С геймплейной же точки зрения смена локаций позволяла дать игроку четкое ощущение глобальной прогрессии, стимулировать повторный всплеск интереса. Каждая новая локация изменяла геймплей, добавляя новые условия игры — отсутствие солнца ночью, вода в бассейне, наклон крыши. Это в свою очередь давало игроку новые ощущения и необходимость менять проверенные тактики, тем самым ломая скуку.

Наконец, когда вторая, макро-схема была полностью готова, я перешел к самому масштабному уровню удержания — к мета-петле. Она же — пресловутая метапрогрессия.

В отличие от предыдущих, эти волшебные психологические узелки вяжутся не внутри уровня, а вокруг всей игры целиком. Именно они служат глобальной, долгосрочной мотивацией играть месяцами и возвращаться в игру каждый день. Все эти онлайн-фермы, популярные в десятых годах моего мира, рогалики в пятнадцатых и двадцатых, затем бесконечные гача-игры по типу Геншина — все они на полную катушку использовали именно метапрогрессию. Заставляя пользователей раз за разом возвращаться в игру, как на вторую работу.

Порой разработчики охреневали с мета-петлями настолько, что, кроме гринда ради метапрогрессии, в играх не было практически ничего. О да, я говорю о — Рейд Шадоу мать его, Леджентс. Легендарная помоечная донатная гриндилка-автобатлер. В свое время этот кусок тридешного дерьма высосал из лудоманов больше реальных денег, чем некоторые мелкие государства собирают налогов за год.

В Растениях против Зомби же метапрогрессия была куда более мягкой, ненавязчивой и служила скорее как приятное, медитативное дополнение к основному блюду. Магазин с перманентными улучшениями — дополнительные слоты под семена, очистители для бассейна, ультимативные версии растений. Дзен-сад для выращивания цветочков ради монеток, Зомбоквариум, коллекция ачивок и, наконец — Дерево Мудрости. Которое, за пакетик удобрения могло рассказать тебе лор игры или подкинуть пару советов.

Так, по памяти собирая игру в виде схемы, я провел еще несколько часов. И когда за окном уже окончательно стемнело, я получил де-факто полную методичку по реализации игры. Которую надо было только взять и запихнуть в проект. Была построена логичная цепочка уровней и наград за их прохождение, прописаны отвлекающие мини-игры. Сформирован основной свод математических правил игрового мира, которые гарантировали бы игроку ощущение честности происходящего. Также была продумана базовая экономика для альфа-версии — на живых тестах она, конечно, еще не раз изменится вместе с балансировкой других механик, но фундамент уже заложен.

Поставив финальный блок схемы в виде титров, я с облегченным выдохом откинулся в глубоком кресле и окинул взглядом своих сотрудников.

С того момента, как мы начали плотный ворк, прошло уже почти семь часов. За это время Аврора отлучалась раз шесть по мелким девичьим делишкам, а один раз ее и вовсе утащила Эрин на целых сорок минут. Как оказалось, приехал нанятый фотограф, чтобы заранее отсмотреть локации для съемок, а без полноправной хозяйки дома такие важные дела не решаются.

Коул же, напротив, в течение всей смены он оторвал зад от кресла ровно один раз, и то лишь когда запиликала его старенькая Нокия. Судя по тому, как мгновенно смягчился его угрюмый голос, звонила та самая больная сестренка, которую он так рьяно пытался спасти. Назвав ее Корой, он тут же спохватился, зыркнул на меня и вышмыгнул из опенспейса в коридор. Вернулся он спустя пару минут, став еще мрачнее, чем был до этого. Коротко буркнув извинения за отлучку от работы, парень снова уткнулся в монитор и продолжил молча кодить.

Одним словом — идеальный работяга. Если так пойдет и дальше, и он не начнет откровенно проебываться, то можно будет спокойно поднять ему ставку процентов так на тридцать.

С хрустом размяв затекший позвоночник, я поднялся из-за стола и неспешно прошелся до рабочего места парнишки. Встал за спиной, заглядывая в монитор. Там со скоростью сейчас набирались ровные строчки кода для скрипта сохранения игрового прогресса.

— Почти готово. — Глухо буркнул Коул, даже не обернувшись.