Уродливый, покрытый багровыми рубцами лоб смотрелся еще безобразнее в свете теплой лампы, встроенной в зеркало над умывальником. Коул еще раз ополоснул лицо ледяной водой и невольно отвернулся.

Вот уже почти пятнадцать лет прошло, а он все никак не мог смириться с последствиями той детской случайной неосторожности. Если бы он тогда послушал отца и не лез к кипящей кастрюле с бульоном в желании помочь с готовкой... Но, увы, дело было сделано. Время вспять не отмотаешь. И теперь ему всю оставшуюся жизнь придется страдать от этого уродства, прячась под капюшоном. Какая нормальная девушка посмотрит на парня, который лицом больше похож на гуля из Фоллаута, чем на живого человека?

— Какой же ты все-таки нытек. — Знакомый голос с гулким эхо-эффектом вырвал парня из привычных депрессивных раздумий.

Машинально Коул снова взглянул в зеркало, но вместо своей ненавистной, изуродованной рожи увидел ехидно скалящийся, горящий фиолетовым пламенем череп.

— Нахрена ты вылез?! — Коул вздрогнул и инстинктивно сделал шаг назад, отстраняясь от зеркала, чтобы то не отражало его лица. — Вспышку могут засечь с улицы! Я не хочу спалить это место спецслужбам в первый же день работы!

— Мда-а-а… Еще и ссыкло. — Посетовал Эйдос, клацнув челюстью. — Да вернись ты к зеркалу, идиот. Я всего лишь плод твоего воспаленного воображения, галлюцинация. Это даже проявлением-то назвать нельзя.

Поразмыслив над словами симбиотической сучности, Коул нехотя вернулся к умывальнику и снова уставился в пустые глазницы.

— Ну и чо ты хотел? Отвлек меня от самобичевания.

— Дом крутой. — Без предисловий выдал дух. — Перекрытия тут бетонные и места много, легко можно потеряться.

— Ну… есть такое. — Коул скрестил руки на груди, признавая очевидное. В отражении скелет издевательски повторил его жест.

Дом и правда был потрясающим. Одна лишь эта ванная, отделанная дорогим кафелем, была размером почти с две его жалкие комнатушки. Что уж говорить об остальных, поистине королевских помещениях этого особняка.

— Стены здесь бетонные, говорю. Перекрытия между этажами очень толстые. — Повторил Эйдос, будто бы намекая на что-то. Затем обреченно щелкнул шейными позвонками и сказал уже прямо. — Тебе, идиоту, нужно обосноваться в подвале. Чердак нас не устраивает, там шумно, будет много лишних глаз. В подвале же будет лучше… Там, под землей, всплески моего пламени будут полностью незаметны для орбитальных спутников Щ.И.Т.а и их систем мониторинга энергии.

— Ты в этом так уверен? Думаешь, хватит просто толщины перекрытий? — Коул задумчиво почесал деформированный нос. Навскидку полы в доме были под сорок сантиметров толщиной, а между первым и цокольным этажом все пятьдесят.

За время их недолгой кампании по расправе над полицейским синдикатом и продажными чиновниками они опытным путем выяснили неприятный факт. Любое серьезное проявление призрачной силы на открытой местности или в зданиях со слабым экранированием почти моментально приводило к появлению на районе черных внедорожников со спецслужбовскими шнырями, желающими побеседовать с неизвестной аномальной угрозой.

А именно таковым Эйдос для них и являлся. Необузданная, непонятная и, что самое страшное для федеральных агентов, абсолютно неподконтрольная сила, которая появилась хрен знает откуда и занимается хрен пойми чем. Ох, сколько же хитроумных планов и многоходовочек они с Эйдосом уже умудрились поломать Щ.И.Т.у, ФБР, АНБ и ЦРУ своими внезапными выходками с разоблачениями коррупционеров! Сколько же писанины привалило им за эти дни. Ведь многие из ублюдков были в разработке уже несколько лет. А теперь бац и в один момент все кормушки закрылись, финансирование по делам прекратилось, а взамен навалилась реальная работа.

Одно пока спасало их от полномасштабной охоты с привлечением тяжелой артиллерии: из-за того, что они принципиально никого не убили, если не считать ту гнилую херню, официальный статус угрозы у Эйдоса все еще болтался на отметке «средний». А значит, и ресурсов на его активную поимку выделялось не так уж и много.

— Если дополнительно ты своими кожаными клешнями экранируешь стены подвала медной сеткой, создав подобие клетки Фарадея, то мы останемся незаметны даже при полноценной боевой форме. — Скелет оторвал костяные руки от груди, нагло нарушая правила оптического отражения, и указал длинным пальцем на потолок за собой.

Коул болезненно усмехнулся.