— В За’Афиэль, — бросаю я, разглядывая знакомые двери в каменной рамке. Последний раз я проходил через эти черные врата вместе со своими товарищами.

При этих словах она заметно оживляется, и я бросаю на нее изучающий взгляд.

— Так сильно хочешь туда попасть? — спрашиваю я и ни капли не удивляюсь, когда она качает головой и врет мне в лицо.

Они с Рейном все еще ищут способ остановить мор. Надеюсь, у них получится. Мысль о том, что мне больше не с кем будет тренироваться по утрам и перекидываться парой слов, ложится на душу тяжелым камнем.

— Ты правда думаешь, что он спрятал их там? — недоверчиво переспрашивает она, косясь на каменную кладку так, словно не особо доверяет мастерству местных строителей.

Я киваю:

— Велис немного пошпионил, пока Эмерай наведывался на передовую. Это заняло время, но, думаю, мы нашли их все.

Ее взгляд смягчается, и по лицу разливается обнадеживающая улыбка. Она — единственный человек, которому я могу доверить это, не считая Артура. Последний в последнее время отдалился из-за своих занятий с Эдгаром. Понятия не имею, как он находит время контролировать всю его учебу, но ему как-то удается.

Мое лицо мрачнеет. С тех пор как Каллос наложил путы на его Тень, Эдгар провалился в глубокую депрессию. Сейчас его разум определенно окутан кромешным мраком. Он не способен сбежать от своей судьбы. Рейн избегает его любыми путями — должно быть, Эдгара ждет какой-то извращенный и жестокий финал, потому что Рейн бледнеет, едва завидев его.

Иногда мне хочется, чтобы Рейн мог говорить о своих видениях. Знаю, его Тень запрещает это, но я даже представить не могу, какими тайнами забит его умирающий мозг.

— Ну что, пошли? — я жестом предлагаю Терре ступить в черные врата первой. Она одаривает меня свирепым взглядом, но все же делает шаг вперед. Я задерживаюсь еще на секунду, с ностальгией разглядывая черные камни, и только потом следую за ней.

Темный дым обволакивает нас, словно мы зашли в горящий дом. У него нет запаха, но он оставляет на коже холодные скользкие следы отчаяния. Я выхожу в безмолвные залы За’Афиэля. Воздух здесь кажется древнее, а камни стен — влажными от океанского бриза.

Терра наклоняется и всматривается в одно из окон, выходящих на каменный сад; с третьего этажа отсюда видно даже океан. Лунный свет укутывает заснеженный пейзаж унылым безмолвием.

На белом покрове высится множество небольших холмиков, окрашенных в багровый цвет из-за того, что скрыто под ними. Терра замечает это и оборачивается ко мне. В ее глазах — дикая смесь замешательства и отрицания. Луна очерчивает ее силуэт сияющим контуром, отчего ее каштановые волосы отливают легкой синевой.

— Это именно то, о чем ты подумала, — роняю я бесстрастным, монотонным голосом. У того, что в этих коридорах стоит гробовая тишина, есть вполне конкретная причина.

— Но Эдгар описывал это место как такое мирное… Что здесь произошло? — тихо спрашивает она. Кажется, она прямо сейчас представляет, каким был этот особняк, когда его наполнял смех множества наивных душ. Людей, которые благодаря дару Артура даже не догадывались о том, сколько ненависти кипит в мире за пределами этого острова.

— Императрица Фернестии приказала ликвидировать эту фракцию. Они уже собрали всех Нова, которых искали. Сейн отдал приказ о зачистке вчера. Я узнал об этом сегодня днем, когда застал Артура в его пустом кабинете в Доме Нова — редкий случай, обычно он торчит в своем местном кабинете.

Терра зажимает рот ладонью и сгибается пополам, словно ее сейчас вывернет наизнанку.

Я прикрываю глаза, вспоминая ту боль, которую увидел в его взгляде. Артур не выглядел удивленным; скорее, это было похоже на старую, гноящуюся рану, о которой он заранее знал, что она рано или поздно вскроется. Круги под его глазами были черными как уголь. В самом его взгляде не осталось ни единого намека на свет.

— Они готовы взять Киты Тау к концу следующего месяца. У нас есть семь недель… Если мы сможем найти мое сердце и я сорвусь с поводка Эмерая, у человечества еще появится шанс, — я чеканю слова без единой эмоции. Словно отдаю приказ солдату.

— Ты постоянно это повторяешь, — Терра убирает ладонь от рта и смотрит на меня снизу вверх. Я вопросительно вскидываю бровь. — Ты продолжаешь говорить «человечество» так, словно мы сами уже больше не люди.

А мы и не люди. Во всяком случае, не совсем.

Я пропускаю ее реплику мимо ушей:

— Идем к подвалу. Думаю, Эмерай держит их именно там.

Коридоры промерзли насквозь, и мертвенная пустота так и сочится из каждой щели между камнями. Тишина стоит жуткая. Интересно, здесь вообще осталась хоть одна живая душа? Возможно, даже Темные Мухи уже покинули это проклятое место.

— Мы ведь не наткнемся здесь на доктора Сейна, правда? — спрашивает она едва слышным шепотом, словно нас может кто-то подслушать.

Я качаю головой и придерживаю дверь, пока она проходит на лестничную клетку.