Я вижу это словно в замедленном движении. Вот его спина врезается в полки, а стеллаж начинает крениться.

С верхних ярусов сыплются склянки, колбы, кристаллы… Некоторые из них разбиваются уже в полёте, сталкиваясь друг с другом.

Воздух взрывается. Звук такой, будто мир раскололся пополам.

Меня швыряет в сторону, я ударяюсь спиной о каменную стену, и в тот же миг вижу, как из центра мастерской вырывается ослепительное бело-зелёное пламя. Оно пожирает воздух, поглощает пространство, разносится во все стороны, а пол под моими ногами идёт ходуном.

И… пол подо мной проваливается! Я падаю вниз, в темноту, и вокруг сыплются обломки, пыль, мелкие камни бьют по лицу, по рукам.

Удар. Темнота.

Сознание возвращается рывками. Сначала пульсирующая боль в голове, руке и бедре.

Я открываю глаза. Ничего не видно, вокруг непроглядная тьма. Пытаюсь пошевелиться и чувствую, как что-то с меня сыплется. Камни, мелкие обломки.

Медленно и осторожно поднимаюсь. Вроде цела?

Где я? Всматриваюсь в темноту. Вокруг каменные стены. Старая кладка, грубая, неровная, покрытая вековой плесенью. Похоже, я провалилась в те подземные ходы, про которые рассказывал старый конюх Фирр.

Если так, то мне повезло: отсюда должен быть выход за стены замка!

Нужно бежать, и прямо сейчас.

Сверху доносятся голоса. Приглушённые, далёкие, но я слышу их благодаря своему дару — магия усиливает звук, позволяет разобрать слова.

— …немедленно разобрать завал! — низкий, рокочущий голос Оларха. — Девушка там!

— Достопочтенные орки, умоляю, — дрожащий, переполненный страхом голос графа. — Я ничего не знал! Клянусь вам, я не знал о планах Годрила! Он сам… Это его инициатива…

— Она должна быть ещё жива, — второй голос, Тахир, звучит резче и холоднее. — Но если мы не успеем…

— Успеем! Успеем, конечно! Да не разбирайте же вы сами! Люди! Сюда! Немедленно разобрать камни! — граф орёт на слуг, и в его голосе непривычные моему уху страх и паника. — Поверьте, я не причастен к тёмным экспериментам… Я ничего не знал!

Я прижимаюсь спиной к холодной стене и стою, затаив дыхание.

Орки. Они хотят меня спасти. А говорят, что орки — чудовища… Но они остановили Годрила, сняли с меня заклятие, и сейчас пытаются разобрать завал…

Слышу, как сверху продолжаются крики, лязг инструментов, грохот отбрасываемых камней.

Меня найдут, и что тогда? Что со мной сделают?

Я не знаю. И не хочу знать. Надо найти выход. И бежать.

Встаю, придерживаясь за стену. Голова кружится, в глазах темнеет, но я заставляю себя стоять. Нельзя раскисать.

Вспоминаю, как старый конюх Фирр много рассказывал о замке, пока я лечила ему спину, а он отогревал меня зимними вечерами в конюшне.

Он говорил о старых ходах, о подземельях, которые тянутся под всей крепостью. Упоминал, что есть выходы за крепостную стену, а ещё в каждую из башен.

Я тогда нашла двери из башен, как и из той, где был мой тайник. И выход за пределы замка нашла. Не воспользовалась, потому что я привязана долговым заклятьем.

Но теперь, когда я накопила денег, мне главное до города добраться. Сниму долг, и буду жить свободно.

Жаль, что нескольких дней не хватило. Марта продала бы платки, и тогда мне и на дорогу бы хватило…

Сейчас же денег совсем впритык, только долг заплатить.

Но другого варианта нет. Надо сейчас бежать. Сейчас.

Осматриваюсь. Темнота, но в ней есть направление. В одну сторону стена уходит вперёд, в другую обрывается. Двигаюсь вдоль неё, опираясь руками на холодный камень. Пальцы натыкаются на выступы, на щели, на что-то склизкое от сырости.

Постепенно выбираюсь в знакомые мне проходы. Ориентируюсь. Моя башня должна быть там.

Я иду. После падения каждый шаг даётся с трудом. Ноги дрожат от напряжения, голова кружится, к горлу подступает тошнота. Но я иду, опираясь на стены. Хорошо, что всё здесь знакомо. Ещё один поворот…

Свет становится ярче. Я чувствую дуновение свежего воздуха.

Осторожно прохожу в старую башню в заброшенной части замка.

Здесь тихо, сюда никто не ходит. Оглядываюсь. Знакомые очертания: вон тот угол, где отстала доска…

Подхожу, опускаюсь на колени, отдираю гнилое дерево. Пальцы дрожат так сильно, что я едва могу ухватиться за край. Но доска поддаётся, и я запускаю руку в тайник.

Завёрнутые в тряпицу вышитые платки. Они из шёлка с магическими узорами, каждый стежок — крупица моего дара. Осторожно складываю их в сумку, которую приготовила здесь же. Поправляю флакончики с целебной мазью.

Нож с костяной рукояткой я осторожно размещаю на поясе. Выцветший шерстяной плащ накидываю прямо здесь, чувствуя, как заговорённая ткань окутывает теплом.

И самое главное! Маленькая брошь с фамильным гербом. Я смотрю на неё, набираясь решимости двигаться дальше.

Подкалываю брошь на грудь — к нательной сорочке, с внутренней стороны, так, чтобы не было видно. Деньги прячу в нательном поясе.