Правда берег тоже немного поднят, столбы будут совсем низкими, но это тоже скорее плюс, так боковые нагрузки конструкции будет легче переживать. Между прочим, место выбрано не вчера, кузню я ставил на этот берег с умыслом. Тут удобный спуск к воде, а река чуть изгибается и мельчает, оттого течение заметно разгоняется, полтора метра в секунду точно есть, а на перекате, пожалуй, и побольше, усилия должно хватить.

А не хватит, так закопаем к хренам противоположный берег, сузим русло, и вода побежит быстрее. Река у нас некрупная, управлять такой не в пример проще, в далеких планах хоть дамбу строй, но это потом, пока обойдемся и без нее. Глубина здесь метр-полтора, что тоже кстати, крепить колесо будет удобно.

Зеваки к этому моменту успели разделиться на школы. Вопрос, как правильно топить колесо, оказался с научной глубиной, и мнения расходились.

— Дерево не тонет, паря, — дед с клюкой устроился на бревне надолго, судя по тому, как основательно подоткнул под себя полы. — Зря возишься.

— У него потонет, — сосед его сплюнул под ноги с полным на то основанием. — У него всё не как у людей.

Мысленно я согласился с обоими сразу и продолжил мерить берег.

— Если в дно чего ставить будете... — подал голос Нирт. Рыбак пристроился чуть выше по берегу, привалившись к бревенчатому плоту, и слова цедил с обычным отвращением к самому процессу речи. — Лучше вон там, чуть левее.

— Это почему еще? — удивился я, ведь именно здесь берег выглядит удобнее всего, плюс от вала не так далеко тянуть привод к воздуходувке.

— Тонул я тут, мордой в камень воткнулся. — пожал он плечами, — А левее когда тонул, там мягко, глина лежит.

Вопрос, сколько же раз он здесь тонул и как вообще выжил, вслух не задал никто, хотя про себя им задались, пожалуй, все. Рыбаку я записал жирный плюс, такие сведения дорогого стоят, карта дна с натурными испытаниями, причем испытателем выступал сам картограф.

Пацаны в сторонке тем временем делили должности в экипаже водяной повозки. Один уже назначил себя рулевым, второй напирал, что рулевой тут Рей, а себе требовал место крикуна, чтобы указывать, куда ехать. Спор шел серьезный, с распределением обязанностей и запасных, а за должность крикуна торговались отдельно, место выходило завидное. В кастинг я не вмешивался, у экипажа и без меня всё было схвачено.

Не остался в стороне и канон Мульба. Кто-то из мужиков сообщил соседу вполголоса, но так, что расслышал весь берег: Мульб сам видел, в колеса золото вплавлено, для тяжести и плавности хода. Спорить я не стал, только уточнил, сколько именно золота, надо же знать, во сколько меня нынче оценивает молва. Названная сумма приятно польстила, дешевле хорошего табуна я теперь не стою. Один вопрос не давал покоя, кто же такой этот Мульб и почему он вечно всё видит своими глазами? Хоть бы его самого своими глазами разок увидеть.

Ну а дальше пошла конструкция, и ее я гонял в голове, меряя берег уже не шагами, а взглядом. В воду забивается свая, хорошее толстое бревно, глубина позволяет работать хоть ногами зайдя, хоть с плота. За эту же сваю можно сразу зацепиться и навести мостки, с них удобно обслуживать колесо, менять лопасти, подбивать клинья.

В торце сваи вырубается паз, туда ложится самое начало вала, сверху съемная накладка, чтобы вал не выпрыгивал, но и снимался без топора. Дальше на валу крепится колесо, а на берегу заливается бетонный столбик, ну или забивается еще один пенек, сверху ложбинка, и в нее ложится вал. Оттуда вал тянется почти до самой кузни, где всю конструкцию замыкает третий столбик. Вот, собственно, и вся схема. Главное, чтобы каждая из трех опор встала ровно по уровню, промах даже в пару градусов выйдет боком, вал начнет гулять и разбивать свои ложбинки.

Перед последним столбиком на вал насаживаются ролики, самого разного размера и с глубокой каемкой, чтобы ремень не соскакивал. На ролик накидывается ремень из волосяночной нити, сплести ее надо только плоско, а ответный ролик встает у нужного устройства. Самым же изящным местом всей схемы выходит натяжной ролик. Натянул его, и передача работает, ослабил, и ремень провис, снимай хоть совсем, устройство отцеплено, а вал себе крутится дальше.

Первой на вал сядет воздуходувка горна, и руки подмастерья наконец освободятся для дел посерьезнее. Крыльчатку надо крутить быстро, но это как раз забота ременной передачи, подберешь передаточные числа размерами роликов, и поддув выйдет такой, что углям не поздоровится.

Следом токарный станок, мощности по скромным прикидкам должно хватить с запасом. А если станку вдруг не хватит оборотов с одной ступени, поставлю промежуточный валик, но эту задачку я отложил на потом, до первых испытаний. Молот пойдет третьим, и кулачковую насадку, которой он будет подниматься, выточим на новом станке, деталь как раз станочная.

В этих мыслях я простоял несколько минут, окончательно решил, как оно будет выглядеть, и повернулся к Ректу.

— Вариантов нет, станок отстраиваем заново. Детали только на нем нормально сделаем.