— Мне было всего восемь, когда отец отдал меня, — говорит он. — Я так отчаянно жаждал любви, что искал её повсюду. Прислуге, которая каждый день разжигала в моей комнате камины, приходилось постоянно менять график, потому что я начинал слишком к ним привязываться и умолял остаться со мной. По ночам, когда я должен был спать, я пробирался в конюшни и читал лошадям сказки, будто они были моими друзьями, хотя конюхи твердили, что это не так. Первые несколько лет после ухода отца я по ночам писал ему письма, подробно описывая всё, что сделал за день. Я думал, настанет день, мы воссоединимся, и он захочет узнать обо всем, что я пережил в его отсутствие. Но я перестал в это верить уже довольно давно.

Мне хочется протянуть руку, коснуться его, утешить, но я не могу.

— Мое признание в том, — продолжает Эммет, — что я вырос без семьи, в продуваемых сквозняками дворцовых комнатах, где моей компанией были лишь гувернантка, наставник да батальон игрушечных солдатиков. Всю свою жизнь я провел на коленях, выпрашивая крохи любви. Не знаю, настанет ли когда-нибудь время, когда я перестану быть таким голодным до неё.

Угрюмый нрав Эммета, его безрассудство в делах сердечных — теперь всё встает на свои места.

В ответ я решаюсь на собственное признание:

— Иногда я боюсь, что меня слишком баловали. Мне кажется, родители и сестра любили меня так сильно, что я совершенно не готова к миру, который не любит меня так же.

— Единственный человек на свете, в чьей любви я уверен — это Брам, — отвечает он.

Словно одержимая, я протягиваю руку через пустоту между нами и сжимаю его холодную ладонь. Он отвечает крепким пожатием, и я сжимаю его пальцы в ответ. Я могла бы полюбить тебя. Позволь мне полюбить тебя… Но я не могу, и он знает это так же хорошо, как и я.

Я буду принадлежать Браму, или не буду принадлежать никому.

И теперь единственное, что мне остается — это жить с этой правдой.

Глава двадцать пятая

Если моей любимой историей в книге «Фейри Британских островов» была сказка о дверях в мир фейри, то история Лидии была о короле фейри. Мы заставляли миссис Осборн рассказывать её снова и снова, пока она не стала такой же привычной и затертой, как бороздки на её разделочной доске. Согласно легенде, задолго до королевы Мор, когда Англия еще была диким краем, портал между мирами был открыт. Иные свободно проходили сквозь него, ища возможности заключать сделки и используя хрупких людей как свои игрушки. Доярки уходили в ночь и возвращались на рассвете странно опустошенными. Поля за один полдень превращались в пепел или вдруг давали урожай чистейшего золотого зерна, которое таяло под первым же дождем. Младенцев похищали из колыбелей, оставляя вместо них странные копии.

Умные люди знали: нужно держаться подальше от кромки леса, не пускать чужаков в дом после наступления темноты и ни в коем случае не откликаться, если кто-то зовет тебя по имени, а ты не узнаешь голос. Была одна девушка, которая считала себя необычайно мудрой.

Её родители, напуганные редкой красотой дочери, держали её взаперти в загородном поместье, очень похожем на наше, пряча от внешнего мира и таящихся в нем опасностей.

Девушка была довольна тихой жизнью в окружении сада, братьев, сестер и книг. Но в вечер своего восемнадцатилетия она услышала музыку такой красоты, что не смогла сдержать слез. С крупными слезами, катившимися по щекам, она последовала за мелодией за пределы безопасных стен поместья, в пограничный лес. Именно там, под ивой, она обнаружила мужчину, перебиравшего струны лютни. Но это был не мужчина. Подойдя ближе, она заметила в нем нечто странное: слишком длинные пальцы, заостренные уши, лицо, настолько прекрасное, что она заплакала еще сильнее. Она поняла, что наткнулась на одного из тех Иных, о которых её предупреждали.

Она развернулась, чтобы бежать, пока он её не заметил, но не успела. Пораженный её красотой, мужчина схватил её за руку, упал на колени и умолял стать его женой.

Считая себя очень умной, она пообещала быть его женой год и один день, после чего будет вольна жить, как пожелает. Мужчина согласился на её условия и унес её через портал в свои земли, чтобы обвенчаться. И только когда на её голову на свадьбе надели корону, она поняла, что её муж — король Иного мира, и что она была обманута. Время для Иных течет не так, как для людей, и год с днем в Ином мире может растянуться на всю человеческую жизнь.

В некоторых версиях этой истории она в конце концов влюблялась в мужа, и они правили вместе долгие годы; в других — она сбегала, и он проводил остаток своей вечной жизни, пытаясь отомстить ей и её потомству. Мне всегда больше нравилась версия, где они полюбили друг друга. Мы с Лидией делали тиары из одуванчиков и представляли себя человеческими невестами короля фейри.

В моем сне я замужем за королем фейри и пытаюсь сбежать из тюрьмы нашей общей опочивальни. Он нежно проводит рукой по моему телу, прижимая меня к себе сзади.

— Иди в постель, жена.

Его язык касается раковины моего уха, и меня пробирает дрожь. Он опускает губы ниже, проводя языком по пульсу на шее, спускаясь туда, где ноют мои ключицы.