Пережив этот мимолетный шок, Клейн почувствовал легкий укол горечи. Нынешнее положение мисс Шарон красноречиво вопило о том, что этого ангела-наставника почти наверняка уже нет в живых. Их с Маричем побег стал последним, отчаянным актом неповиновения предводителя фракции «Умеренности» внутри Школы Розы. Ведь для «Матери Древа Желаний» иных вариантов попросту не существовало: либо наглухо осквернить душу, либо стереть в порошок, выковав из останков запечатанный артефакт.

Гладь косметического зеркальца вновь затянулась непроницаемой бездной, и кроваво-красные буквы растаяли без следа.

Лишь спустя приличное время на стекле выплыла новая строчка:

— Продолжай.

— Мои вопросы иссякли. Примите мою глубочайшую признательность за содействие, — неспешно проронила Шарон. Изящно приподняв край подола, она отвесила учтивый реверанс.

Едва эхо ее слов растаяло в воздухе, как зеркальце мгновенно вернуло себе привычный, заурядный вид. А свет в бильярдной вновь налился прежней яркостью, разогнав давящий мрак.

Шарон перевела взгляд на Клейна и всё тем же ровным, лишенным эмоций голосом произнесла:

— На этом мы ставим точку. От этой затеи придется отказаться.

Было кристально ясно: девушка тоже прекрасно поняла, что именно сулила та ослепительная вспышка света, которой сокрытая сущность подвела черту под допросом.

Клейн же, напротив, едва заметно покачал головой и с мягкой полуулыбкой возразил:

— Не стоит рубить с плеча. Позвольте мне прояснить еще парочку деталей. Вполне вероятно, что у нас всё же остался шанс сорвать куш, причем без фатального риска для жизни.

«По крайней мере, вердикт моего прорицания железобетонно указывает именно на такой расклад!» — беззвучно добавил сыщик про себя.

— Каких деталей? — едва не поперхнувшись от нетерпения, выпалил Марич, опередив напарницу.

Глава 879 Двойная цель

Услышав слова Марича, Клейн подхватил лист с начертанным заклинанием призыва Арродеса. Небрежно встряхнув бумагу, он стер с лица улыбку и с абсолютной серьезностью произнес:

— Опишите мне в мельчайших деталях процесс создания мумий фараонов в древнем королевстве Хайленд.

Пока он говорил, лист с сухим треском занялся багровым пламенем, в мгновение ока осыпавшись на пол горсткой серого пепла.

Марич переглянулся с Шарон и, немного поразмыслив, ответил:

— Шаг первый: тело оставляют в покое на срок от трех до пяти дней. Прибегая к особым уловкам, добиваются естественного высвобождения Потусторонней характеристики, дабы та не слилась ни с одной из частей монаршей плоти и не породила запечатанный артефакт.

— Шаг второй: проводится «ритуал очищения». Останки водружают на алтарь, вознося молитвы «Скованному Богу» в надежде, что ровно половина духовной энергии усопшего навеки задержится в оболочке. Это ничуть не препятствует возвращению Сына Божьего, зато позволяет готовой мумии веками источать мощнейшую духовность.

— Шаг третий: сплавляя воедино паранормальные таланты и земную хирургию, из трупа извлекают мозг, внутренности и все жидкости, оставляя нетронутым лишь сердце.

— Шаг четвертый: нутро покойника туго набивают пропитанными мистикой благовониями и снадобьями, проводя тотальное обезвоживание тканей…

— Шаг пятый: прежнюю начинку извлекают, заменяя свежей порцией тех же самых трав и эликсиров. Плоть снаружи покрывают особой ритуальной вязью, после чего туго пеленают в льняные бинты и укладывают в саркофаг.

— Шаг шестой: изъятые ранее внутренности проходят обработку, схожую с четвертым этапом, обращаясь в сакральные компоненты. Их раскладывают по четырем углам саркофага. То же самое касается мозга и жидкостей — первый перетирают в кашицу, смешивают со вторыми и пускают циркулировать по специально выдолбленным желобам внутри гроба, виртуозно имитируя процессы живого организма… Подобный фокус позволяет веками выкачивать духовность прямиком из мира духов. Благодаря этому мумии фараонов, даже пролежав в земле тысячелетия, остаются поистине бесценным материалом, из которого можно вылепить невероятно могущественного живого мертвеца…

«Звучит так, будто к усилению мужской силы это не имеет ни малейшего отношения… И как, во имя всех богов, „Аптекарь“ умудряется творить из этого праха подобные чудеса? Хм, процесс до боли смахивает на методы египтян с Земли, вот только градус первобытной оккультной чертовщины здесь выкручен на максимум…» Внимательно выслушав собеседника, Клейн принялся лихорадочно препарировать услышанное, отчаянно силясь выудить хоть что-то, что сгодилось бы для его плана.

Как ни крути, а останки Тутансеса Второго — реликвия колоссальной ценности. Если только ситуация не припрет к стенке, никто в здравом уме не станет её крушить… Погрузившись в недолгие думы, Клейн перевел тяжелый взгляд на вновь устроившуюся на барном стуле Шарон и с суровой серьезностью поинтересовался:

— Каков максимальный радиус вашего «Прыжка сквозь зеркало»?

Девушка, сохраняя безупречно ровную осанку, ответила без малейшей заминки:

— Триста метров.