— Чувак, я не хотел тебя бросать. Я шел впереди, а ты слишком долго копался. А потом я увидел Каллоса и пересрался. Не хотел огрести проблем! — оправдывается Кай своим плаксивым голоском. — Всё же обошлось, так какая разница. — Он расплывается в улыбке и садится.

— Я просто в восторге, что мы соседи по комнате! Корвус обзавидуется, когда узнает.

— Ну ты и мелочный. — Я не выдерживаю и усмехаюсь, закатывая глаза. — Как ты вообще видел в темноте? Там же было хоть глаз выколи, черт возьми.

Он приподнимает бровь, глядя на меня:

— Серьезно? Комната же была освещена потолком — ну, всеми этими звездами, планетами и прочим. Ты разве не видел?

Я подозрительно прищуриваюсь и возвращаюсь к двери, чтобы взглянуть. Высовываю голову в коридор, и мои глаза расширяются от удивления.

По потолку мечутся великолепные синие и фиолетовые сполохи, освещая весь коридор и гостиную. Мы действительно словно стоим под океаном звезд. Настоящий космос. От такого чувства перехватывает дыхание, и хочется навсегда застыть в этом мгновении.

Я ускользаю обратно в комнату и перевожу взгляд на клеймо на ладони. «Космос».

— Думаю, это можно увидеть только после того, как получишь клеймо, — бормочу я, пытаясь подавить улыбку и благоговение, которые так и просятся наружу. Как у такой жестокой и порочной нации может быть этот неземной замок… Это неправильно.

Кай бросает сложенное одеяло и подушку на верхнюю полку.

— Логично. Значит, мы можем играть здесь в прятки с Мартином и Корвусом и знатно выносить им мозг. — Он откидывается на кровать, посмеиваясь.

Я взбираюсь по лестнице в изножье кровати. Темные металлические перекладины холодят кожу.

— Нет, никаких пряток не будет, Кай. — Я расправляю одеяло поверх матраса и взбиваю подушку.

Это первая приличная постель с тех пор, как нас взяли в плен. Я провожу руками по ткани, чувствуя, как мягкие нити убаюкивают мою измученную душу. Кай что-то бормочет снизу, но мой сонный мозг уже пропускает его голос мимо ушей.

— Что ты сказал? — я забираюсь под одеяло, зевая и натягивая его до самого лица.

— Я сказал: пошел ты на хрен, — смеется Кай. — Ты что, реально сразу спать? Я надеялся, мы сможем поболтать о портале. — Кай заглядывает через край моей полки. Я кошусь на него. В его голубых глазах плещется это его вечное, неистребимое жизнелюбие.

— Утром, — бурчу я и, зевая, поворачиваюсь лицом к стене. — Уже очень поздно. Не у всех есть твой бесконечный запас энергии, Кай.

— Твоя правда. Ладно, но утром мы точно поговорим. — Кай толкает меня в плечо и сползает обратно на свою полку.

Я вздыхаю, но улыбаюсь.

Это куда лучше, чем спать в фойе. Спасибо, Кай и Мартин.

Свет, льющийся сквозь окно нашей комнаты, заставляет меня проснуться. Я несколько раз моргаю и зеваю. Который час? Я сажусь в постели и осматриваю комнату. Прошлой ночью я слишком сильно устал, чтобы обращать внимание на обстановку. Теперь, когда наступило утро и стало светлее, я вижу, что комната выдержана в той же эстетике, что и весь Дом «Космоса». Тяжелые темно-синие шторы свисают от потолка до самого пола, ложась на него пышными складками. У противоположной стены стоят два письменных стола, а весь пол укрывает большой фиолетовый ковер.

В памяти всплывают слова Кая, и я тихонько стону про себя. Долгие разговоры на самом рассвете — явно не мое представление о том, как нужно начинать утро. С другой стороны, именно благодаря Каю я вообще здесь, а не торчу в фойе.

С нижней полки доносится шуршание. Я приподнимаю бровь. Кай уже встал?

Я как можно тише заглядываю за край полки. Кай сидит, прислонившись спиной к перекладинам, и держит в руках какой-то листок — то ли фотографию, то ли записку. Мои темные волосы падают на лицо, когда я наклоняюсь еще ниже, свесившись головой вниз, чтобы получше его рассмотреть. Его лицо бесстрастно, а в голубых глазах застыла глубокая задумчивость.

— Что там у тебя? — спрашиваю я, всё еще вися вниз головой.

Кай переводит взгляд на меня, в его глазах еще чувствуется сон. Он пихает фотографию в карман.

— Ничего. Ты что-то рано.

Я вскидываю бровь. Странно, что он что-то скрывает от меня.

— Да, наверное, немного мандражирую перед очередным днем, полным всякого дерьма. Сам-то как, нормально спал?

— Почти не спал. Слишком сильно нервничаю. — Он на секунду умолкает. — Слушай, просто постарайся сегодня больше не убивать солдат, ладно? Дай им передышку на пару дней, чтобы они не ждали очередного психотического срыва, который ты там в себе вынашиваешь.

Ну вот, узнаю прежнего Кая.

— Да уж, я постараюсь, — я поднимаю голову обратно и прислоняюсь к стене, свесив ноги с края кровати. — Так как мы собираемся отсюда сваливать?

Кай молчит несколько секунд.

— Мы не можем уйти, Финн.

Я хмурюсь:

— Ты ведь в курсе, что Корвус уже вовсю соображает, как нам сбежать? — Он что, серьезно не хочет уходить? Мы не можем бросить его здесь… но и оставаться нельзя.