— Да, твоя сестра тоже скоро прибудет.

Волосы на затылке встают дыбом.

— Терра? Откуда ты знаешь…

Артур кладет руку мне на плечо.

— Я приглядывал за ней. Пойдем. Нужно подготовиться.

— Ну так идем. — Я сжимаю мамино ожерелье в кулаке так сильно, что из ладони начинает сочиться тонкая струйка крови.

28

ТЕРРА

БАРКОВ

Мои глаза встречаются с глазами Рейна лишь на долю секунды, прежде чем он поворачивается к Элиасу. Его темные волосы слиплись от крови. Он выглядит как монстр, идеально созданный из руин нашего мира. Он никогда, черт возьми, не станет прежним после этого — и, черт, я тоже.

Его обещание своему народу умерло в тот момент, когда один из них застрелил Бенни, и вместе с ним погибла неотъемлемая часть его души.

Элиас чувствует его силу, как и я, и разворачивается, чтобы метнуть в него свои темные тени. Перед глазами всплывают образы всех солдат, которых он расчленил, и я срываюсь на крик:

— Элиас — СТОЙ!

Его концентрация сбивается, и в серых глазах снова мелькают полумесяцы. Рейн пользуется его замешательством.

— Ты призвал Падение Небес! — он вскидывает руку в сторону Элиаса, другой продолжая прижимать Бенни к груди, и мой прекрасный убийца падает на пол. Его глаза закатываются, из носа течет кровь. Амсер яростно бьется в моей груди, и я, с силой, о которой даже не подозревала, в одно мгновение сбиваю Рейна с ног.

Элиас бьется в судорогах на полу. Рейн подо мной смеется, и от этого звука иголки вонзаются мне в позвоночник. Я не могу потерять ни одного из них. Я вдавливаю голову Рейна в плитку и ползком добираюсь до Элиаса, поднимаю его голову, кладу к себе на колени и твержу себе, что он в порядке. Из его носа течет кровь, и я чувствую, как Велис под его кожей отчаянно пытается исцелить его, но что-то не так.

Повреждения слишком серьезны, или что-то блокирует его способность.

Позволь мне исправить это — я всё исправлю.

Амсер зовет меня из глубин подсознания, и я мгновенно поддаюсь этому зову. Я не знаю, чего ожидала — может, уснуть или наблюдать за происходящим со стороны, как пассажир — но это совсем не так. Напротив, мои кости словно наполняются электричеством, а чуждые мне инстинкты пульсируют в венах.

Я кладу ладонь на лоб Элиаса, выставляя вперед указательный и средний пальцы. Двенадцать синих световых отметок окружают мою руку, и мозг мгновенно фиксирует: это часы.

Время.

У меня есть власть над временем?

Тик. Тик. Тик. Звуки медленно, но оглушительно громко отдаются в голове, и каждый удар посылает длинную, тягучую вибрацию по моим костям, пока я не перестаю слышать что-либо еще.

Часовая стрелка отматывается на несколько делений назад, и кровь Элиаса возвращается обратно в его нос. Он распахивает глаза, глядя на меня с шоком и благоговением.

Рейн за моей спиной, пошатываясь, поднимается на ноги, смеясь и вытирая окровавленную губу. Тело Бенни лежит у его ног.

— Рейн, мы можем все уйти прямо сейчас! Прекрати это! А как же твое обещание — неужели ты не помнишь?! — кричу я, хотя мои руки уже готовятся к какой-то атаке. Амсер вибрирует во мне, словно мы стали единым целым.

Его голубые глаза полыхают холодным зимним огнем, а искаженная улыбка растягивается в зловещую гримасу.

Солдаты за спиной Элиаса пытаются поднять его с пола, и Рейн пользуется моментом, чтобы схватить меня. В ту же секунду, как его руки касаются моей кожи, меня начинает корежить от того, что я чувствую под его пальцами. Его Тень сильна… и знакомый зов притягивает меня к нему.

Я вижу, как в его глазах мелькает эмоция, когда он тоже ощущает эту проклятую связь.

— Терра. — Рейн прижимает меня к себе, его руки дрожат. Тяжесть в моей груди становится невыносимой. — Фернестия разрушила всё, забрала у меня семью. — Я смотрю на Бенни, слезы готовы прорваться наружу. Дыхание Рейна обжигает кожу за моим ухом, вызывая мурашки по всему позвоночнику. — Ты — единственное, что у меня осталось. Моя прекрасная Терра. Мы ведь тоже истинные, правда?

— Что он только что сказал? — Элиас обнажает зубы и хватает стоявших рядом солдат за горло, сжимая их шеи до хруста костей. Они падают одновременно, и их горячая кровь заливает мои лодыжки.

— О, тебе это не нравится? — Рейн улыбается, прижимаясь губами к нежной коже за моим ухом, и с силой отшвыривает меня к стене. Он обвивает рукой мою шею и сжимает до тех пор, пока я не теряю возможность дышать. Его Тень — это стена соблазна, давящая на мою грудь; она отличается от Тени Элиаса, более безумная и собственническая, чем Велис. Я вспоминаю слова Элиаса о Тенях: они тянутся к душам с похожими аурами. Конечно, Рейну досталась психопатическая Тень, чтобы сделать его еще более нестабильным.

— Терра, — мурлычет Рейн мне на ухо, тяжело дыша от экстаза, пробегающего между нами. Висцеральный голод и разбитое сердце живут в его диких глазах. — Я убью его.