– Если похож на плоского паука, то клещ, – обернувшись через плечо, смотрит на меня Марк.

– Нет, я про татуировку.

– А, – усмехается и поворачивается ко мне передом. – Не забивай голову. Красивым девочкам не обязательно быть умными.

Бросаю на него возмущенный взгляд и киваю на мощную грудь, забитую сложной вязью черных узоров.

– И как я тут клеща увижу?

– Можно на ощупь, – он неожиданно перехватывает мои запястья и дергает на себя, заставляя прижать ладони к груди.

Пытаюсь вырвать руки, роняю телефон, но Марк не отпускает.

Под моими пальцами – твердые, как броня, мышцы, а кожа такая горячая, что сбивается дыхание.

– Пусти, – прошу севшим голосом, когда он медленно ведет моими ладонями вниз. – Марк!

Смотрим друг другу в глаза. Мой пульс сходит с ума, заставляя рывками втягивать в легкие воздух. Марк подается ко мне навстречу и одним плавным движением притягивает к себе на колени. Оказываюсь верхом на его бедрах.

– Отпусти, – выдыхаю ему в лицо, теперь уже добровольно упираясь в его грудь, лишь бы сохранить жалкие миллиметры спасительного расстояния между нами.

Все, монастырь! Я выбираю монастырь!!!

Но Марк гипнотизирует меня взглядом хищника, загнавшего добычу, и руки на моей талии разжимать не спешит.

– Так что там у нас с прайсом? – щурится.

8. Благотворительность

– Не потянешь, – таращусь на него.

– Я откладывал на похороны, – подмигивает.

– Не хватит.

Сижу на полуголом мужике и делаю вид, что все контролирую. Ну да, ну да.

– Хера се расценки! Что, даже на поцелуй не хватит? – усмехается он, а я упрямо качаю головой. – Тогда придется тебе заняться благотворительностью.

– Я, конечно, уважаю старость, но благотворительностью не занимаюсь, – начинаю елозить, пытаясь слезть, но вместо этого лишь чувствую, как у Грешника напрягается и каменеет пах.

Ошарашенно застываю. Оказывается, и у “дедушек” все хорошо с эрекцией!

– Отпусти, пожалуйста. – прошу обиженно, сдаваясь.

– Поцелуешь – отпущу. – дергает Марк бровью, с усмешкой глядя на мою позорную капитуляцию.

– У меня парень есть, – вру, не придумав ничего более путного.

– М-м-м, – понимающе кивает он. – А ты ему, дай угадаю, не изменяешь?

– Конечно.

– Ну, ладно, – вздыхает. – Тогда я тебя поцелую.

– Нет! – успеваю выдохнуть прежде, чем его губы накрывают мои.

Дернувшись, тут же оказываюсь прижата за затылок. Мычу, непроизвольно царапая пальцами твердую грудь. Вопреки ожиданиям, Марк не врывается языком в мой рот, а мягко скользит им по верхней губе, сжимает губами, переключается на нижнюю. Это настолько неожиданно, чувственно и возбуждающе, что я перестаю сопротивляться. Теряюсь в своих ощущениях и, как загипнотизированная, позволяю ему играть с моими губами.

Я не святая, и характер у меня не самый простой, поэтому женихи у меня периодически менялись. До кровати доходило не со всеми, потому что в приоритете у меня всегда были серьезные отношения, а мужчины не очень любят ждать, но вот сейчас, кажется, я бы не отказалась от секса без обязательств, потому что если Грешник так чувственно целуется, то что же тогда этот мужчина может в постели?..

Выдохнув, как перед прыжком в воду, закрываю глаза.

Добровольно приоткрываю рот, и мы мягко сталкиваемся языками. Марк тут же отпускает мой затылок, скользит по спине и заставляет прижаться к его груди еще крепче. Чувствую, как мои соски сквозь топик и худи трутся об его тренированный торс.

Большие ладони накрывают мои ягодицы и собственнически оглаживают их.

Марк толкается снизу бедрами, прижимаясь ко мне так плотно, что я ахаю от сладкого спазма внизу живота, резко разрывая наш поцелуй и распахивая глаза. Дыхание сбивается под его тяжелым, возбужденным взглядом.

– Меня подруга ждет, – выдыхаю, не узнавая свой охрипший голос.

– Я помню, – хрипло усмехается Грешник. – И парню ты не изменяешь.

Чувствую, как вспыхивают щеки, но взгляд не отвожу. Да, выглядит моя принципиальность в его глазах сейчас так себе. Но я боюсь, если Марк узнает, что у меня никого нет, то от секса мне тогда точно не отвертеться.

– Ты меня заставил, – нервно усмехаюсь.

Снова ахаю, закатывая глаза и теряясь в пространстве, потому что Марк издевательски медленно потирается о меня вздыбленной ширинкой джинсов.

– А ты очень сильно сопротивляешься, – он широко улыбается.

С трудом концентрируюсь на его лице.

Хочется впиться в эти наглые губы, укусить их до крови, чтобы не издевались. Но я снова упираюсь ладонями в его грудь, пытаясь отодвинуться и разорвать контакт наших будто примагничивающихся друг к другу тел.

Неожиданно Марк, прижав меня к себе за талию, одним ловким движением разворачивается так, что я оказываюсь сидящей внизу, на кресле, а он нависает надо мной, зажав мои ноги между своими бедрами.