Патроны, которыми питались крупнокалиберные пулеметы КПВТ, установленные на башнях советских бронетранспортеров, и из которых наши деды в Великую Отечественную войну пробивали насквозь немецкую легкую бронетехнику из противотанковых ружей Дегтярева и Симонова. Снаряд, обладающий настолько колоссальной кинетической энергией, что человека при попадании просто разрывает на куски, оставляя лишь кровавое облако.

Если местным инженерам пришлось соорудить здесь орудия такого толка с подобным калибром, то ничего хорошего ждать не приходится.

Вернув патрон в гнездо кассеты, я тяжело вздохнул, осознавая глубину задницы, в которую меня занесло.

В каждом брикете, скрепленном металлическими направляющими, патроны были уложены в шахматном порядке. Я нажал кнопку на турели, боковая бронеплита с шипением отъехала в сторону, оголив доступ к приемнику.

Система оказалась удивительно простой и продуманной. Я нажал на фиксатор, вытянул из нутра машины пустую металлическую планку-кассету и отложил ее в сторону. Затем взял полный брикет из ящика и по направляющим задвинул его внутрь до громкого щелчка. Патроны с планки автоматически подавались внутрь орудия похожим на лентопротяжный механизмом.

Пустые планки выбрасывать было нельзя, это я понял еще по запасам на складе. Скорее всего их тоже надо было сдавать под строгий отчет в гарнизон, где их затем заново заряжали.

Перезарядив правую турель, я закрыл бронеплиту, забрал пустые кассеты и отправился за вторым ящиком на склад. Процедура со второй турелью прошла быстрее, так как я уже разобрался. Да и мороз подстегивал шевелиться активнее.

Закончив с боеприпасами, я осмотрел периметр. Ветер гулял над Разломом, поднимая в воздух колючую снежную крошку.

Мое внимание привлекло движение там, где его не должно быть, иначе система уже бы открыла огонь. На той стороне, прямо над бездной, едва различимая в сгущающихся сумерках, висела фигура. Наира, одетая в плотную штормовку, болталась на системе специальных альпинистских тросов, закрепленных между деревьями. Она ловко передвигалась над пропастью, где клубился черный туман, и крепила на основные струны новые шары контактных мин взамен тех, что сдетонировали во время дневного боя.

Зрелище было жутковатым. Одно неверное движение, и она улетит туда, откуда лезут эти твари. Или еще страшнее — бум. Кровь, кишки, кости, мясо… Бр-р-р-р… Наблюдать за фейерверком из эльфийки мне очень не хотелось.

— До утра потерпеть нельзя было? — не удержался я, подав голос. В морозном воздухе над расщелиной мой голос срезонировал и эхом покатился куда-то в туманную пропасть.

Она ответила, даже не повернув головы, продолжая закручивать крепление на очередной мине.

— А если ночью прорыв? Нет уж, я лучше сейчас повожусь и буду спать спокойно. Только принеси мне мины из своего склада, будь добр. Я свои не могу повесить с твоей стороны. Если я запрошу пополнение сверх лимита, у моего начальства будет слишком много вопросов, куда я их дела, учитывая, что в моем секторе активности якобы две недели не было.

— Да я сам свои развешу, — машинально отозвался я, прикидывая расстояние до тросов.

— Ага, — скептично и с явной усмешкой отозвалась ушастая, наконец посмотрев в мою сторону. — Развесишь, не сомневаюсь. Прыгая на одной ножке. Но не сегодня, герой. Просто принеси мины и поставь на край, я сама перетяну и займусь. А ты лучше обойди свой периметр и проверь все по протоколу. Заодно свежим воздухом подышишь.

Спорить с ней смысла не было. В моем текущем состоянии заниматься эквилибристикой над пропастью было равносильно самоубийству. И даже в нормальном состоянии, честно говоря, не факт что рискнул бы. Ну не может же быть, что их надо развешивать вручную… надо будет глянуть детальнее с рассветом. Может лебедки какие есть или направляющие. Но насчет ящиков я лишь кивнул Наире, хотя она вряд ли это увидела, закрыл интерфейс турели и забрал пустые планки.

Вернувшись на склад, я занес остатки патронов, аккуратно записал расход в журнал, стараясь скопировать стиль предыдущих записей, поставил подпись, после чего взвалил на себя небольшой деревянный ящик с контактными минами и двинул обратно.

Доковыляв до края обрыва со своей стороны, я аккуратно опустил ношу на снег прямо возле опорного столба, к которому крепились тросы.

— Они здесь, — крикнул я, выпрямляясь и тяжело дыша.

— Ага, вижу, — снова коротко отозвалась Наира, подтягиваясь по тросу ближе к моей стороне.