— Водоворот не крутится вечно. Он делает паузу, чтобы перевести дух. Он отдыхает. Там, где пена перестает закручиваться в тугую спираль, а быстрая вода встречается с медленной — там мы и пройдем. А потом нужно набрать скорость, чтобы прорезать путь насквозь. — Я беру в руки искусно вырезанный кораблик и провожу им вдоль линий нарисованного водоворота, следуя по его краю, а затем ставлю на место. При этом я слегка запинаюсь, когда цепи на моих руках цепляются за зазубренный край стола. Звон металла — тяжелое, неприятное напоминание о том, какое место я занимаю на этом корабле, и о том, что то, что я делаю сейчас, может быть расценено как дерзость.

— Это рискованно, — отмечает Грим, глядя на карту так, словно решение проблемы скрыто в засохших чернилах. Его внезапное присутствие рядом заставляет меня вздрогнуть. — Если паруса поймают не тот ветер и мы соскользнем с края, даже море не сможет нам помочь.

— Оно и не рискнет, — я смотрю в водоворот чернил, почти завороженная. — Море не хочет вам помогать. Оно хочет, чтобы вы были мертвы. Очень, очень мертвы.

— Да, — говорит Сейбл, и наши взгляды снова встречаются. На этот раз мне удается подавить желание испепелить его взором. Вместо этого я одариваю его холодным взглядом, который ясно дает понять: я не забыла кинжал у своего горла.

Он сглатывает и поворачивается к Крысе:

— Глим всё еще идет прежним курсом?

— Так точно, капитан. Найтгласс следит за ним. Но свет стал тусклее. — Янтарные глаза пирата устремляются на меня, и я поворачиваюсь к нему, вскинув бровь в немом вызове: рискни, скажи, что у тебя на уме. — Возможно, эта грязная ведьма манипулирует им.

Я делаю шаг вперед с шипением, готовая броситься на него, но Грим оказывается быстрее — он хватает меня в кулак за подол платья. Слегка смущенная своей внезапной потерей самообладания, я успокаиваюсь ровным дыханием и аккуратно поправляю платье.

Сейбл прочищает горло, и все пираты, включая меня, переводят внимание на него. Я жду, что он прокомментирует мою вспышку, но он молчит. Вместо этого он выпрямляется и закладывает руки за спину — жест, который он совершает каждый раз, когда готов рявкать приказы.

— Как только он снова исчезнет, немедленно доложите мне. Мы должны идти к Интермарии, если только Глим не решит показать нам другой путь. Я не хочу видеть ни одного раненого на палубе этой ночью. Это приказ, — он подбрасывает деревянный кораблик в воздух, ловит его и проводит большим пальцем по вырезанным парусам. — «Ноктис» не пойдет ко дну.

— А если пойдет — мы утонем вместе с ним, — в унисон произносят Грим и Крыса, словно это мантра, которую они повторяли бессчетное количество раз. От этого звука у меня мурашки бегут по коже. Должно быть, эти люди плавают вместе уже очень давно. Крыса вскакивает, его стул с грохотом отлетает назад, и он вылетает из каюты. Дверь хлопает.

Мое платье шуршит по доскам, когда я обхожу стол, приближаясь к Сейблу. Грим не удерживает меня, но по скрипу пола я чувствую, что он следует за мной в ожидании новой вспышки ярости. Капитан поворачивается ко мне лицом, когда я подхожу к нему. Выражение его лица непроницаемо. Стоя перед капитаном «Ноктиса», я прочищаю горло.

— Вы не сможете правильно читать воду без меня. Я должна быть на палубе.

Сейбл осторожно возвращает кораблик на стол, прежде чем взглянуть на меня:

— Ты выйдешь на палубу со мной, когда придет время, рыбка. Я не могу рисковать, чтобы ты потеряла память до трибунала.

Глубоко вдохнув, я пытаюсь унять растущий гнев и удержать сирену, рвущуюся наружу. Я сжимаю кулак.

— Мое. Имя. Эрис.

— Хм-м. — Его глаза сканируют мое тело: от босых ступней до выреза платья и чешуек, рассыпанных по ключицам. Он склоняет голову, словно решая, подходит ли мне это имя. Или стоит ли его вообще запоминать. Он усмехается: — Нет, «Рыбка» тебе подходит гораздо больше.

Я подаюсь вперед и скалюсь, шипя и целясь ему в горло. Сирена внутри меня хочет видеть кровь — хочет попробовать ее на вкус, — и хочет этого прямо сейчас. Еще один рывок за платье отбрасывает меня назад. Сейбл даже не моргает. Он просто смотрит на меня невозмутимо, с легкой насмешкой.

— Думаю, я должен поправиться. Ты — строптивая рыбка.

Кожа пылает, перед глазами всё окрашивается в кроваво-красный цвет.

— Пошел ты! — выплевываю я, и гнев захлестывает меня резкими волнами. Смех Грима за моей спиной делает только хуже.

— Я отведу её в камеру, пока мы не достигнем Интермарии, капитан. — Еще один рывок, и моя спина оказывается прижатой к его груди.

Сейбл кивает и делает шаг, сокращая расстояние между нами одним тяжелым движением сапог. Я вскидываю подбородок в немом вызове, дыша всё тяжелее и тяжелее — гнев постепенно сменяется страхом. У меня кружится голова от нехватки кислорода, и мой затуманенный сиреньим инстинктом мозг осознает, что я буквально зажата между двумя пиратами. И я, по сути, только что послала их куда подальше.

— Осторожнее, рыбка. Мое доброе расположение не стоит принимать как должное.