Когда стражники отступают, оставляя только двоих на посту у входа в пещеру, женщины начинают тихо разговаривать между собой, голоса разносятся из камеры в камеру.

«Как долго длится тренировка?» — спрашивает кто-то.

«Пока половина из нас не умрёт, — отвечает другой голос. — Тогда выжившие получат драконов.»

«Я слышала, слабых скармливают детёнышам, — говорит третий.»

Лира фыркает из своей камеры. «Вряд ли они станут так растрачивать мясо. Слабые, вероятно, отправятся в звериные ямы. Развлечение для тренеров.»

Воцаряется холодное молчание. Вдалеке металл визжит о камень, за которым следует рёв, от которого вибрирует сам воздух.

«Мы, наверное, под инкубатором, — бормочет Лира, видя моё испуганное выражение. — Логично держать яйца и молодняк здесь, внизу, где жарче. Бойцовые ямы тоже над нами. Настоящая арена встроена в кратер горы.»

«Ты что-то знаешь об этом месте?» — спрашиваю я, приближаясь к решётке, разделяющей наши камеры.

Она пожимает плечами. «Не много. Моего кузена поймали три года назад. Конечно, он не вернулся. Насколько я знаю, шипохвост снёс ему голову ещё до начала игр низшего уровня. Но с тех пор я… пыталась собрать как можно больше информации об этом месте. В основном слухи.» Её пальцы проводят по одной из татуировок на её шее — стилизованная драконья лапа, понимаю я теперь. — «Я всегда думала, что они рано или поздно придут и за мной.»

Я сглатываю. «И вот они пришли.»

«И вот они пришли, — мрачно соглашается она.»

Я сажусь на край своей койки, морщась, когда только что помеченное запястье пульсирует. «Так в чём же секрет выживания в этом месте?»

«Его нет, — говорит новый голос.»

Я поднимаю голову и вижу женщину в чёрном, которую заметила ранее, стоящую у двери моей камеры, её поза расслаблена, но насторожена. Вблизи она выглядит моложе, чем я подумала сначала — может, лет тридцати, с поджаростью человека, который не знал голода, но постоянно тренируется. Её яркие зеленоватые глаза ловят свет факелов.

«Я — Смотритель Селен, — продолжает она. — И я здесь, чтобы сообщить вам, что у каждого новобранца либо есть то, что нужно, либо нет. Моя работа — выяснить, кто вы, прежде чем вы потратите время дракона. Игры, в конце концов, служат двум целям: развлечение, а также наказание.»

Другие женщины замолчали, отступая в тени своих камер. Даже Лира, кажется, съёживается.

Мне удаётся остаться на месте. «И что же нужно?»

Что-то мелькает на лице Селен — удивление, возможно, от моей прямоты. Или забава. Слишком быстро исчезает, чтобы понять.

«Вот в чём вопрос, не так ли?» Она изучает меня с той же холодной напряжённостью, что я заметила ранее. — «Некоторые говорят — сила. Другие — скорость. Мастера арены настаивают, что это инстинкт убийцы.» Её глаза слегка сужаются. — «У меня есть свои теории.»

«Не хотите поделиться?» — спрашиваю я, тон намеренно небрежный, несмотря на стук сердца.

«Нет.» Она подходит ближе к решётке. — «Но я буду наблюдать, чтобы увидеть, догадаешься ли ты сама, Четыре-Три-Семь.»

«Меня зовут Вейра.»

«Твоё имя, — тихо говорит она, — это всё, что я решу.»

Мы смотрим друг на друга, ни одна не желает отвести взгляд первой. Что-то трудное для описания проходит между нами — вызов, брошенный и принятый. Кажется, она видит меня, действительно видит, в отличие от других стражников и смотрителей, которые не потрудились. Я не уверена, хорошо это или плохо.

Наконец, она отступает. «Отдыхайте, пока можете, — объявляет она на всю пещеру. — Завтра мы начнём отбраковку слабых.»

ГЛАВА 4

Вой рога вырывает меня из прерывистого сна. Моё тело реагирует прежде, чем ум полностью просыпается — напрягаясь, готовое бежать или сражаться. Но бежать некуда в этой клетке из камня и железа.

«Подъём! Все подъём!» Стражник колотит деревянной дубинкой по решёткам, проходя по ряду. — «Построение через три минуты!»

Вокруг меня женщины срываются со своих коек, некоторые всё ещё дезориентированы сном. Лира уже стоит, её лицо — маска покорной решимости.

«Что происходит?» — выдыхаю я, надевая обувь.

«Наверное, приветствие, — мрачно говорит она.»

Стражники открывают наши камеры по очереди, загоняя нас в строй. Мы шаркаем по освещённым факелами коридорам, которые извиваются вверх через внутренности горы, и запах драконов становится сильнее. Сера, мускус и что-то вроде раскалённого металла.

Мы выходим в обширный круглый зал. Потолок взмывает на сотни футов вверх, открываясь в зубчатый кратер, куда ранний утренний свет проникает пыльными лучами. Ярус за ярусом каменных скамей окружают центральную платформу, где смотрители в чёрной униформе стоят по стойке «смирно».

И мы не одни.

Из других туннелей появляются другие группы — мужчины из нашей транспортной группы среди них, и десятки других, кого я раньше не видела. Все носят ту же серую одежду и помечены номерами.