Девушка проспала несколько часов, а потом её тело резко дёрнулось от страха, что она проспала весь день до самого комендантского часа, но солнце всё ещё стояло высоко в небе, уже клонясь к тому, чтобы окрасить синеву над головой в оттенки фиолетового и оранжевого.

Элоуэн протёрла глаза ото сна, и когда снова пришла в себя, ветер донёс до её ноздрей мягкий запах чего-то… цветочного.

Там, рядом с ней, лежала роза.

У неё перехватило дыхание. Не полевой цветок и не одна из упрямых водяных лилий, что цеплялись за дальний край берега, а совершенная, тёмно-красная роза, жизнь всё ещё держалась в её лепестках.

Её пальцы коснулись стебля. На нём не было шипов, словно тот, кто оставил её, подумал удалить их, прежде чем положить так бережно.

Элоуэн огляделась, и сердце затрепетало смесью чуда и страха. Она была одна. На влажной земле не было следов. Из-за деревьев не доносились голоса. Был лишь ровный шелест ветра в листьях и ритмичный плеск воды, приветствующий её.

Но глубоко внутри девушка знала, что это не случайность.

Она поднесла розу к носу и вдохнула. Та пахла настоящим. Живым. Только что сорванным. Элоуэн улыбнулась, слабо и неуверенно, и тепло этого чувства распустилось тяжестью в её груди.

— Спасибо, — прошептала она, её голос едва поднялся над ветром.

Она не знала, могли ли её услышать, но затем что-то в деревьях шевельнулось, и птицы сорвались в небо от внезапного движения.

Девушка смотрела так долго, как могла, роза покоилась на коленях, а она ждала, что даритель выйдет из-за деревьев.

Никто не появился.

Но Элоуэн не смогла найти в сердце силы оставить розу у озера. Несмотря на опасность быть пойманной с ней, она осторожно спрятала цветок со стеблем под тёплой мягкостью своей груди, надеясь и скрыть его, и держать близко к сердцу.

А глубоко в лесу невидимые золотые глаза закрылись, довольные.

ГЛАВА 8

Шаги Элоуэн замедлились, когда она приблизилась к поляне у озера, а солнечный свет пробивался сквозь деревья длинными, косыми потоками золота.

Что-то бледное привлекло её взгляд, и она замерла.

Там, устроившись прямо на том месте, где она всегда сидела, рядом с тем, где когда-то она закопала ту мерцающую чёрно-золотую тайну, лежал новый подарок.

Это был камень. Гладкий и отполированный, бледный, как лунный свет, с тонкими прожилками лаванды и розы. Она наклонилась, чтобы поднять его, мягко большим пальцем смахивая грязь с поверхности. Это нельзя было принять за случайную находку. Его положили туда. Оставили там.

Её сердце забилось сильнее.

Она оглядела край озера, всматриваясь в деревья в поисках хоть каких-нибудь признаков чьего-то присутствия. Но лес был тих.

Маленькая улыбка медленно изогнула её губы.

Девушка знала, что это не совпадение. Что-то, кто-то, оставил это для неё. Не деревенский. Никто из её дома не стал бы утруждать себя таким странным, милым знаком внимания. Это… ощущалось иначе.

Это ощущалось добрым. Заботливым, словно его выбрали специально потому, что она сочла бы его красивым.

Она осторожно села у воды, подогнув колени под юбку. Прижимая камень к себе, она снова и снова проводила пальцами по его поверхности, словно по чему-то священному.

В мире, где ей не позволялось владеть ничем прекрасным… кто-то дарил ей подарки.

Боль в груди совсем немного отпустила.

Она медленно собирала травы, смакуя своё время здесь. Озеро, цветы, деревья. Это было единственное место в мире, которое не просило её измениться. Здесь ей не нужно было прятать свою мягкость. Не нужно было притворяться, будто ей всё равно. Она могла просто быть.

Она как раз закончила срезать пучок полевых цветов, когда почувствовала это: присутствие.

Тяжесть в воздухе, словно стремительно приближающаяся буря. Элоуэн обернулась и застыла. На другом краю поляны, наполовину прикрытое густой группой деревьев, стояло существо из легенд.

Его тело блестело, словно полированный обсидиан, в просеянном свете, тупоконечные чешуйки лежали слоями, как непроницаемая броня. Крылья были аккуратно сложены за спиной, перепонки бережно натянуты вдоль удлинённых костей. Рога выступали из черепа идеально симметричными углами. Свет сместился и зацепил его разумные глаза. Золото. Яркое, сияющее, древнее золото, рассечённое глубокими чёрными вертикальными зрачками. Мир сузился до этого взгляда. Его язык скользнул по рядам зазубренных зубов, пока он молча изучал её. Из ноздрей слабо вился дым. Каждый коготь, выступавший из четырёх лап, с огромной тяжестью вонзался в землю. Острый. Смертоносный. Хвост, во много раз длиннее человеческого роста, лежал позади него неподвижно.

Он был огромен, настолько огромен, что её глаза не могли сразу охватить его целиком, но он припал низко к земле, словно старался не напугать её.

Это был дракон.

У Элоуэн перехватило дыхание. Колени застыли.

Он не двинулся ближе. Не зарычал и не оскалил зубы. Просто… смотрел на неё.